Его синие глаза, теперь наполненные серебристыми искрами лиафрита, изучали меня с таким пристальным вниманием, будто видели впервые. Взгляд скользил по моим чертам, останавливаясь на губах, на глазах, на рыжих прядях, выбившихся из прически. В его взгляде мелькало что-то невероятное — изумление, растерянность, а потом... тепло.
— Понимаю, — наконец сказал он, и его голос, такой грубый и властный там на балу, звучал почти мягко. — Но обычно лиафрит действует не во вред хозяину. Он знает, с кем может образоваться идеальный союз.
И если есть симпатия... то действует.
Я замерла.
— То есть... смоейподачи...
— И с моей. — Он усмехнулся, и в его глазах вспыхнула искра чего-то дикого, почти хищного. — Симпатии обоюдной.
Мир вокруг словно перевернулся.
— То есть... — Я едва могла дышать. — Когда мы столкнулись, лиафрит почувствовал ваш интерес... и мой. Просчитал, что мы можем подойти друг другу. И... подтолкнул меня прямо в ваши объятия?
Здорово.
Что это вообще за энергия такая? Живая, разумная. Она течет в нас, чувствует, решает за нас.
Наверное, я никогда не пойму этого до конца.
— Подожди, — Имир вдруг резко выпрямился, его лицо стало серьезным. — Я объясню. Но сначала нужно кое-что сделать.
Он отпустил меня, шагнул к двери и что-то тихо сказал кому-то за ней. Потом вернулся, тяжело вздохнул и снова посмотрел на метку на своем запястье — словно не веря, что это правда.
А затем... усмехнулся, покачав головой.
— Это... это наверняка ошибка, — пробормотала, качая головой. — Я знаю, что вам нельзя иметь семью.
Знаю, что вы не хотите, иначе не стали бы имиром…
— Ты ничего не знаешь обо мне, — его голос стал глубже, почти обжигающим. — Как и о самих имирах.
Он опустился на подлокотник кресла, внимательно посмотрев мне в глаза."
"— Изначально первые имиры отправились на планету Лиаф, в древний Храм Силы. В место, где сосредоточена вся мощь Адарона. Это были дни, когда закончилась межпланетная война и адаронцы осознали, какой урон нанесли Адарону и Лиафу в целом.
Раньше лиафрит тек в нас иначе. Мужчины не нуждались в энергии женщин. Как и не ценили жизнь в целом, ведь на войне погибло не только много мужчин, но и женщин и даже детей. Главы самых влиятельных родов с каждой планеты собрались, забыв о всех недомолвках и основали Союз Десяти. Они обещали Лиафу посвятить себя нашей звездной системе, но в ответ просили дать им силы для этого. Никто тогда и не думал отказываться от возможности иметь семью. Они коснулись алтаря...
