Все мышцы в моем теле напряглись. Когда я не послушалась, он бросил обертку на пол, наклонился, дернул за провод и вытащил наушники из моих ушей.
Вздрогнув от неожиданности, я выпрямилась, но не съежилась. Только не с ним.
Теперь… Уилл привлек мое гребаное внимание.
Я подхватила свисающий провод, резко встала из-за парты, забрала тетрадь и сумку и двинулась прочь. Однако его руки сомкнулись вокруг моей талии, и он усадил меня к себе на колени.
Мои вещи рассыпались по полу. Под кожей словно лава растеклась.
Нет.
Стиснув зубы, я оттолкнула Уилла. Кай вздохнул, Дэймон ехидно хихикнул, хотя никто из них не вмешался.
Мои попытки вырваться оказались тщетными, он лишь усилил хватку и отвернул лицо, уклоняясь от ударов.
Уилл, Кай, Дэймон и Майкл. Четыре Всадника.
Меня умиляли прозвища, которые эти недоделанные гангстеры дали себе в старшей школе, но кто-то должен был им сказать: никто не станет тебя бояться, если приходится всем твердить, насколько ты страшен.
В каждой школе есть подобные парни.
Немного деньжат, мамы и папы со связями, смазливые мордашки и уродливые сердца. Правда, это не совсем их вина, полагаю.
Они виноваты в том, что в полной мере этим пользовались. Разве не будет забавно, если кто-нибудь хоть раз скажет им «нет»? Если один из парней когда-нибудь поплатится за свою ошибку? Или откажется от выпивки, наркотиков, девушек?
Но нет. История повторяется. Лишь пошлость, банальность, невежество, бессодержательность. Некоторые поддавались им сразу, кто-то – после жалких протестов.
Меня же они вообще не интересовали.
Что очень бесило Уилла.
Я могла закричать. Позвать учителя. Закатить скандал. Только тогда он добьется желаемого и вдоволь посмеется, а я попаду в центр не нужного мне внимания.
– Сотри это свирепое выражение с лица, мать твою, – предупредил Уилл.
Не намереваясь ему подчиняться, я еще сильнее стиснула челюсти.
Он заговорил шепотом:
– Знаю, может показаться, что я милый. Ты, наверное, думаешь, будто я порой сожалею, что постоянно тебя гноблю и, проснувшись однажды, решу переосмыслить свои жизненные цели, но этого не произойдет.
Я сплю как младенец по ночам.
– Просыпаешься каждые два часа и плачешь? – поинтересовалась я.
Сзади донесся сдавленный смешок, но я не отвернулась от Уилла, чей взгляд сосредоточился на мне. Школа всегда была единственным местом, где я получала передышку. До перехода в старшие классы.
Стараясь высвободиться из его цепких рук, я начала крутить запястьями.
– Отпусти меня.
