— Это дела семейные, и мне надо было знать обо всем, чтобы не навредить своим.
— Значит, мы свои? — улыбнулся я."
"— Иначе я никогда бы не согласился принимать участие во вчерашнем цирке, — буркнул он. Но тут же не выдержал и засмеялся: — Но вы видели ее лицо в тот момент, когда Свиридова поняла, что просчиталась?
— Видел, — кивнул я.
— Она ведь думала, что отхватила главный трофей — важного некроманта Империи! А достался ей покоцанный ледяной гном…
— Зря вы так о себе, — я даже закашлялся, чтобы не обидеть собеседника смешком.
— Бросьте, — махнул рукой Зимин. — Мы оба знаем, что дамочка рассчитывала на другой результат. Напялила красивое платье, прическу сделала. Подругу попросила помочь… Но все пошло не по плану.
— И где сейчас Елена Анатольевна?
Стас хмыкнул и поднял указательный палец к потолку беседки:
— Параша! Старое хорошее имя. Считаю, что надо все делать по закону, раз пошла такая пьянка… Хотела девка отдать долг — так пусть все будет как полагается.
Нечего ей старое имя носить. Пусть отзывается на новое.
— Жестоко… — хмыкнул я.
— Но справедливо! — перебил меня кустодий.
— Так и где сейчас Параша? В доме?
Я принялся рассматривать окна, пытаясь заметить, качнется ли занавеска.
— Нет ее в доме, — довольно сообщил Стас, но тут же помрачнел. — И Авдотья тоже не дома. Они обе отправились на конюшню. Моя зазноба решила выгулять новую лошадь. Нам вчера привезли животинку, которую нужно потихоньку приучать ко двору.
— И Елен… Параша ей помогает?
— Авдотья не стала бы допускать к лошадкам незнакомых людей, — хитро ответил мужчина. — Она и мне не каждый раз позволяет зайти к лошадкам.
— Почему? — не понял я.
— Они порой чуют нашу силу и начинают волноваться. А я все же не последний криомастер в Империи, — он довольно усмехнулся.
— Значит, Авдотья не пустила вас ночевать домой? — осторожно уточнил я.
— Колька рассказал? — вздохнул Зимин. И махнул рукой.
— Авдотья — девка суровая, с ней не забалуешь. Я ведь попытался ей все пояснить. Но она как увидела, что я веду к порогу эту Парашу, так словно окаменела. Ни слова мне не сказала, когда я вошел в дом. А потом через Кольку передала: либо я буду спать на сеновале, либо она…
— И вы поступили, как мужчина…
— Я бы остался в доме, — неожиданно признался кустодий. — У меня спина — не как у молодого, и ночка эта из меня едва болезного не сделала.
