Зрелище так себе…
– Я не испугаюсь.
Она наклонилась вперед и стала рассматривать фотографию руки Беттины Хольте. Затем встала и вышла из аудитории. Йеппе было слышно, как она открывает ящики в соседнем помещении. Через минуту она вернулась с каким-то предметом. Она держала его на раскрытой ладони, словно драгоценность.
Йеппе нахмурился. В руках у Моники Кирксков была маленькая латунная коробочка размером с кубик Рубика.
– И что это?
– Скарификатор. Конкретно этот собрание музея получило от моей бабушки по материнской линии, она выросла в Веннсюсселе и унаследовала его от своей бабушки по материнской линии.
Это уже середина XIX века. – Она поставила коробочку на стол. – Прежде чем попасть в собрание музея, он служил мне как пресс-папье.
– А как им пользовалась бабушка вашей бабушки?
Йеппе потянулся за коробочкой.
– Стойте! Да, извините, но вы можете нечаянно его запустить, если нажмете не туда.
Йеппе убрал руку.
– Запустить? Скажите, что это за штуковина?"
"– Как я уже сказала, скарификатор.
Давайте покажу.
Моника Кирксков осторожно взяла коробочку и нажала на кнопочку сбоку.
Дзынь!
Кристально чистый звук не оставлял сомнений: так выпрыгивает нож. Точнее говоря, ножи. Из коробочки торчало двенадцать маленьких лезвий. Они засверкали на ярком свете – блестящие и острые.
– Думаете, это и есть наше орудие убийства? Эти ножички даже краску на машине не обдерут.
– Конечно, об этом судить вам, но перфорированная артерия есть перфорированная артерия. – Она повернула ручку на верхушке коробочки, и ножички вернулись на место.
– Как известно, не размер…
– Для чего он нужен? – перебил Йеппе.
Она села на кафедру рядом с ним и осторожно поставила механизм подальше.
– Это старинный медицинский инструмент. Скарификатор использовали при кровопускании, когда врачебная наука рассматривала болезнь как нарушение баланса, которое можно устранить. Вплоть до XX столетия люди соглашались на кровопускания – с помощью не только скарификаторов, но и, например, чаш, которые ставили на кожу, или толстых игл.
Ходили к парикмахерам и пускали кровь, когда надо было побриться или постричься.
Она откинулась назад, опираясь на руки, – грудь натянула ткань рубашки.
Йеппе чуточку отодвинулся.
– Значит, изначально он предназначен не для того, чтобы ранить или убить?
– Точно нет. Убить скарификатором – то же самое, что играть Бетховена на флейте Пана. – Она продемонстрировала соблазнительную щель между передними зубами.
