Он регулярно шел домой с дежурства с ощущением, что работа не приносит никакого результата, что он не справляется. Хотя он был молод и недавно получил образование, он уже замечал, как к нему подкрадывается бессилие. Здесь не помогут выжить инициативность и решительность. Но он не способен принять тот факт, что условий получше у пациентов нет и что красивые больничные помещения не используют должным образом. Как раз потому, что ему нравилось это место и он ценил старые здания, которые были спроектированы так, чтобы пережить своих строителей.
Они напоминали ему о прошлом, когда проблема решалась раз и навсегда, а не временно.
Общество изменилось. Сегодня стиральные машины разваливаются через два месяца после истечения гарантийного срока, дома строят из изоляционного материала и штукатурки, а боль заглушают болеутоляющим, не думая о том, что стало причиной болезни. Лечат симптомы.
Победа лени, поражение системы. Он решил встать и пройтись.
– Кто выигрывает? Исольда, ты ведь не жульничаешь? Я за тобой слежу!
Он потрепал Исольду по руке и, улыбаясь, зашагал дальше.
Одно из преимуществ молодости: пациентам проще общаться с ним, чем со многими его старшими коллегами. Он собрал нитки, хотя вообще-то они должны были сами этим заняться, и в итоге снова вернулся к стулу, где сидел Исак.
– Ты позавтракал?
Исак рассеянно кивнул."
"Невинный, но на самом деле важный вопрос. Исак мог и забыть поесть – как следствие, нейролептик вызовет у него тошноту. В прошлый раз его вырвало сероквелем, и он несколько часов прятался где-то на территории больницы.
Потом у пруда нашли четырех уток с оторванными головами.
Симон наблюдал за Исаком уже почти полгода и постепенно узнал, что с ним случилось. Шизофрения проявилась в раннем подростковом возрасте, но поскольку у него уже был диагноз «синдром Аспергера», родственники долго полагали, что происходящее – еще одна форма расстройства аутистического спектра. Прошло очень много времени, прежде чем ему подобрали терапию. Симон видел, как в глазах родственников медленно, но верно гаснет надежда – по мере того, как болезнь прогрессирует, а диагнозы копятся.
Теперь его, как правило, навещал отец, приходивший один, иногда он приносил Исаку журнал или книгу – всегда с улыбкой, от которой у Симона сжималось сердце. Ему самому отец никогда такого внимания не оказывал. У Исака были любящие родители, чье бессилие лишь подтверждало, что болезнь их сына прогрессирует и он отдаляется от мечты жить нормальной жизнью.
