С другой стороны снимок, видимо, обрезали для симметрии.
— Интересно… Кто это?
Снимок был точь-в-точь, как в кабинете. Кого же отрезали с этого праздника жизни?
Аня окончательно расковыряла сырник, съела половину, второй пришлось доедать мне. Несмотря на усталость и капризы дочки, уходить не хотелось. Среди людей я чувствовала себя в безопасности.
Дочка перемазалась джемом, и я наклонилась, вытирая мордашку салфеткой, а когда подняла глаза, чуть не рухнула под стол. За окном кафе бдительно оглядывался мужчина в черном костюме.
Они не отстали.
Удостоверившись, что того, кто им нужен, нет в гостинице, начали обшаривать прилегающие улицы. Подхватив возразившую ревом дочку под мышку, я вместе с сумкой метнулась в туалет, пока они не догадались обшарить кафе.
В кабинке я поставила Аню на влажный кафель, а сама села на унитаз.
В Пекине сейчас ночь, мне жаль его будить, но больше не у кого спросить совета!
— Меня преследуют, — прошептала я, когда в трубке раздался заспанный голос Каца.
В груди возник холодный спазм, словно ужас происходящего стал осязаем после того, как я произнесла это вслух. — Я убежала из гостиницы, сижу в кафе, эти люди обходят улицы.
— Не выходите, — сразу же сказал он. — Вызовите полицию и скажите, что вас преследуют.
— Я боюсь…
— Вам нечего бояться! — отрезал Эмиль. — Вы ничего противозаконного не сделали!"
"На заднем плане раздался шум: разбуженная Дина спрашивала, что случилось. Эмиль отстранил трубку, я услышала приглушенное: «Это Лена».
— …пусть обратится в агентство.
Я слушала, как они препираются. Беспокоить Каца всегда было неловко, мне казалось, он нас с Аней недолюбливает, хотя никак не давал об этом понять. Но то ли я подспудно улавливала это шкурой, то ли такое впечатление создавалось из-за его холодности. Дина — другое дело. Я чувствовала, что она на моей стороне. И когда она вмешалась в разговор, сразу стало легче.
— Лена, обратитесь в охранное агентство, — вновь раздался голос Каца.
— Они охраняли мою семью. Я позвоню, вас заберут.
— Даже если это что-то серьезное? — я вспомнила, как Эмиль не хотел лезть в разборки.
— Они специализируются на таких проблемах. Давайте адрес.
Точного адреса я не знала, но, как смогла, объяснила, в какое кафе меня занесло.
— Не выходите, — повторил он, прежде чем отключиться.
Я сжала трубку в кулаке и выдохнула — как будто холодом. Мучило жуткое предчувствие: случится что-то плохое.
