И все ждала - включится ли у тебя совесть. Надеялась, даже на это. Глупо, понимаю.
- Да я ведь и хотел…
- Нет, Ром. Хотел бы - рассказал. Возможностей было хоть отбавляй. Но ты промолчал. У вас, богатых избалованных мажоров, такие игры - на живых людей. И тебе не понять, что ты сделал не так.
- Я же извинился! Мне правда очень жаль, черт! Олесь, я тупой идиот, который не думал, что… - он осекается, отводит взгляд.
- Что ты не думал? Что мне может быть больно? Или что я живой человек, и это мерзко? Но ведь и думать не надо, да? Мышь она же не человек.
Он дергается будто я его ударила, стискивает зубы, а взгляд становится таким странным.
- Я докажу тебе, что Киреев все это и замутил. Он обманывает тебя, втерся в доверие. Это ведь он слил про спор, да? Больше некому же.
- Это уже неважно.
- Важно! - возражает он. - Потому что ты веришь тому, кто все это и организовал из-за того, что его девчонка предпочла тусить со мной, а не с ним.
- Точнее переспать? - Ответ мне не нужен - все вижу в глазах.
И еще один укол разочарования. - Ну, что ты, называй все своими словами.
- Это не имеет значения. Все они - не имеют, Олесь. Я же впервые вот так… Понимаешь?
- Нет, не понимаю. Пожалуйста, уходи. Если ты и правда хорошо ко мне относишься, просто уходи. Не хочу тебя видеть. А лучше вообще забудь про меня.
Карельский долго-долго смотрит на меня, но все же разворачивается к двери. Правда, стоит только открыть, как снова бросает на меня взгляд:
- Я докажу тебе, что Андрей тебе соврал.
Не доверяй ему. Он поставил большие деньги на мой проигрыш.
Оставшись одна, едва не сползаю на пол. Кажется, из меня этот разговор вытащил все силы. Похоже, что домой уеду куда раньше . Просто не могу здесь находиться. Даже если Рома прав, и Андрей так поступил, я, наверное. сейчас уже ничему не удивлюсь. Просто потому что мои жизненные силы на исходе. Хочется домой, к маме, к семье…
46. Рома
Я даже подумать не мог, что Киреев устроит такую подставу. Не рассчитывал на честную борьбу, но чтобы вот так подставить меня…
Вот ведь тварь - так все провернуть! И разговор записал, и с записью подсуетился так, что Олеся уверена будто он не при чем.
Я совершенно точно разберусь, как он это все провернул. Но сегодня…
Бросаю взгляд на часы. С этого вечера я официально бездомный. К отцу на поклон не собираюсь. А значит, придётся думать, куда податься. Впрочем вариантов не так и много…
Вик с Гриней не поймут, а Тоха свалил за город. Так что остаётся Миша.
