Никто не додумается, что ты можешь быть там, а я пока поеду искать твою маму. Так годится?
– Вполне, – подумав, сообщил Митя. – Я же понимаю, что не должен путаться у вас под ногами. Только вы маму найдите обязательно. Я за нее боюсь.
– Найду, – пообещал Дмитрий.
Главным достоинством его матери было то, что она никогда не задавала лишних вопросов. Оставив на ее попечение ребенка и собаку, он знал, что может о них не беспокоиться. Маме было велено ни в коем случае не выпускать Митю на улицу, и, если Дмитрий не вернется до вечера, выгулять Помпона со всеми предосторожностями должна была Наталья.
– Мы справимся, – с достоинством сообщила мама. – Дима, ты, главное, со всем остальным разберись. Не заставляй меня волноваться и попусту беспокоить твоего брата.
– Я разберусь, – заверил маму послушный старший сын.
С того момента, как он обнаружил забытый телефон Елены Бесединой, прошло всего тридцать минут. Это давало надежду, что он еще застанет ее в больнице у Еропкина. Однако, там его ждало тревожное известие.
– Елена Николаевна уехала уже, – с поджатыми губами сообщил дежурный врач в реанимации. – Как услышала, что мы ей не звонили и никакого лекарства не просили, вскинулась вся и тут же умчалась. Даже не попрощалась. А мы же еще вчера сказали, что все лекарства у нас есть. И с чего это она кинулась их покупать, ума не приложу.
Так, час от часу не легче. Вызов в больницу был обманкой. Зачем? Какой в нем смысл? Скорее всего, тому, кто организовал звонок, нужно было, чтобы, освободившаяся от работы Беседина поехала не к сыну.
Ну да, когда ей звонила подруга, Елена сказала, что будет занята часа полтора, а потом поедет к Мите. Как раз через полтора часа и последовал звонок из больницы. Однако, понятно, что надолго он Елену не задержит. Сколько надо времени, чтобы домчаться до ближайшей аптеки, купить названные препараты и доехать до больницы? Полчаса, максимум. Сколько надо времени понять, что ее обманули, встревожиться и все-таки отправиться к сыну? Еще десять минут.
Все эти рассуждения теснились в голове Дмитрия в то время, как сам он бежал по лестнице вниз с шестого этажа, решив, что так будет быстрее, чем на лифте, а потом до своей машины, оставленной на больничной парковке. По всем расчетам, Беседина должна была уехать из больницы максимум пятнадцать минут назад. Если ехать очень быстро, то он должен успеть до того, как случится самое страшное.
В том, что страшное совсем близко, он не сомневался.
