На том самом мете, которое больше всего попадало в глаза преподавателю, как раз напротив и в самом центре. Туда никто обычно не садился, так что места по обе стороны от нее были свободны, из-за чего она выделялась во всей аудитории ярким пятном. Хотя она и без того бы выделялась, появись хоть в толпе, хоть в переполненном метро. Длинноволосая блондинка с охренительно огромными голубыми глазами и пухлыми губами без всяких признаков силикона.
Славка поразился, – оказывается, сочные губы могут быть красивыми! Не просто красивыми, а такими, что так и хочется в них впиться и терзать… И вроде ничего такого, – скромное платье до колена, черное, не броское, вырез у самого горла. Но как же оно подчеркивает аппетитную фигурку! Совершенно не пряча упругую грудь… Размера, наверное, четвертого… Интересно, она у нее тоже натуральная, как и губы, или как у остальных мажорок на их факультете, пластика? А ноги… Ноги вот точно натуральные! И почему-то по ним так хочется провести рукой… От самых щиколоток… Подняться вверх, задирая облегающее платье, добраться до бедра, узнав на ощупь чулки на ней или колготки, услышать ее выдох, когда он сожмет ее бедро и прижмет к себе…
Блондинка, внимательно глядя только на препода-сморчка, облизнула нижнюю губу, и Славку будто прострелило током.
- Бляяяя, – выдохнул он, отворачиваясь от этого нереального ходячего соблазна. – Вот это новенькая! П..дец науке!
Развернувшись в сторону объекта, Андрюха присвистнул.
- Реально, – просто охренеть! – он взъерошил волосы. – Все, Бурин, не нужен мне телефончик твоей ночной красавицы, отбой! Нужно срочно знакомиться с новенькой, пока ее не увели из-под носа!
- Тебя Милана сожрет, – усмехнулся Глеб, бросая в голову Андрея скомканный лит бумаги.
– Так что охлади свой пыл!
- Да хоть десять Милан, – скривился Карин. – Ради такой… О!!! Путь сжирают!
- Карин, я ее первый увидел, – пророкотал Бурин. – Так что я доберусь до тебя раньше твоей Миланы, вот можешь мне поверить! И от тебя после этого ей уже ничего не останется!
- Слушайте, раздолбаи! – зашипел Глеб.