Так, как должно было быть с самого начала."
"Обняв ее одной рукой за талию, я уложил Киру обратно на кровать. Прежде чем присоединиться к ней, я замер и любовался ей, восхищаясь тем, что видел. Это прекрасное создание было моим сердцем и душой. Кира не была сном, не была фантазией, и она не испарится, как только все закончится. Она была готова любить меня, была готова быть любимой мной, и только мной. И хотя у нее были свои недостатки, так же, как и у меня, в моих глазах она была совершенна, в моих глазах она — богиня.
Мой рот медленно покрывал поцелуями тело Киры. Каждый тихий вздох, легкий стон и нежное царапанье ее ногтей воспламеняли меня. Но мысль о том, что мне больше не придется делить этот интимный момент с кем-то, воспламеняла меня еще сильнее. Я хотел ее всегда.
Пока ее мягкие руки исследовали мою кожу, мои путешествовали по ее изгибам. Когда мы оба были готовы, я завис над ней. Мои губы прошептали ее имя, когда я скользнул в нее, и абсолютная эйфория от воссоединения не шла ни в какое сравнение с усилившейся эмоциональной связью между нами.
Мы были свободны, больше никаких преград.
Я осторожно подался назад, затем снова вошел в нее. Боже. Когда мы начали неспешно двигаться вместе, я говорил Кире, как она прекрасна, как сильно я скучал по ней, как сильно я нуждался в ней и каким пустым я был без нее. Каждая фраза, сорвавшаяся с моих губ, становилась все более страстной.
Огонь между нами полыхал. Но вдруг у меня вырвалось:
— Не уходи, я больше не хочу быть один.
Это было неловко, но я не мог удержаться, не мог смолчать.
Остаться без нее было моим самым большим страхом. Единственным страхом.
Воспоминание о том, кем я был до того, как она вошла в мою жизнь ровно год назад, пронзило мое сердце. Одиночество, отчаянное желание быть нужным — я не мог вернуться в эту пустоту. Я бы не смог пережить это.
— Я больше не хочу быть один, — бормотал я, едва осознавая, что говорю. Я не хочу быть без тебя. Никогда.
С выражением полной уверенности и понимания, Кира взяла мое лицо в свои руки и сказала, что никогда не оставит меня.
Затем поцеловала меня так страстно, как только могла, вкладывая в этот поцелуй все свое сердце. И хотя мы были настолько близки, насколько вообще могут быть близки два человека, я притянул ее еще ближе.
— Я не хочу быть без тебя, — прошептал я.
— Я здесь, Келлан, — взяв меня за руку, Кира прижала ее к своему сердцу. — Я с тобой… Я прямо здесь.
Когда все, что я когда-либо хотел, было передо мной, эмоции забили через край.
