Эван наклонился ко мне.
— Это не единственный способ, — посмотрев наверх, он нахмурился. Но теперь он не смотрел на Денни, так что я подумал, что Кира вернулась к бару. Лицо Эвана помрачнело, когда она снова посмотрел на меня. — Это глупо, не думаю, что нам стоит…
Я скрестил руки на груди. Капризничаю я не часто, но это правда важно для меня.
— Мне плевать, что ты думаешь. Это моя группа, и мы сыграем эту песню. Не обсуждается.
Чувствуя себя самым большим засранцем на планете, я смотрел, как Эван коротко кивнул, взглянул на Денни и взобрался на сцену.
Остальные присоединились, и Эван раздал новые партии.
Желая забрать все свои ужасные слова назад, я рискнул взглянуть на Денни. Он не слышал, как мы спорили, но заметил это. Выражение его лица было холодным… подозрительным. Странное выражение, он никогда не смотрел так на меня раньше. И насколько я знаю, вообще ни на кого. Кира предусмотрительно не смотрела на сцену, поэтому и я заставил себя не смотреть на нее. Хотя какая уже разница. Денни знал или скоро узнает.
Что бы мы ни делали, это ничего не изменит, так что я могу попрощаться так, как планировал.
В конце выступления я объявил, что у нас есть еще одна песня, и это кое-что новенькое. Эван нахмурился, но вступил по сигналу. И хотя Кира вела себя так, будто не обращала на нас внимание, я надеялся, что слова она услышит… Ведь это для нее.
Я абстрагировался от всего: от толпы, Денни, Эвана, Дженни, Киры… ото всех, сосредоточившись исключительно на словах. Я хотел звучать как можно более искренно.
«Ты все для меня, но я ничто для тебя…»
«Но все нипочем, стоит только его обнять…»
«Мне будет больно и тебе тоже. Но все закончится, только не плачь…»
Чувствуя, как разбивается мое сердце, я решил послать все к черту и спеть эту последнюю строчку, глядя прямо на Киру. Мне лишь было нужно, чтобы она это услышала. Она замерла, шокировано глядя на меня, на ее щеках блестели слезы. Она поняла. Отлично. Стараясь не дать боли просочиться в мой голос, я спел следующие строки чисто и мощно.
«Незачем прощаться, чтобы не лгать, — довольно уехать и ни о чем не знать»."
"По щеке сбежала слеза, когда меня захлестнули эмоции. Кира тоже плакала, глядя на меня.
«И каждый день ты будешь рядом, хотя и будешь далеко».
Одной рукой она прикрыла рот, второй схватилась за живот. Будто я разрывал ее пополам. Нас обоих одновременно. Но это должно было случиться. Она понимает это.
Когда мелодия приближалась к финальному крещендо, к Кире подошла Дженни.
