Денни. Облако вины и боли буквально парило над нашими головами. Мы могли быть близки лишь когда он был наверху или уходил. Я знал, я уже тысячу раз объяснял себе, почему это должно быть так, но меня всё равно это задевало. Так же, как часть меня любила и уважала Денни, другая часть отчаянно хотела девушку, что принадлежала ему."
"Кира нагнулась над стойкой, когда брала трубку. Поза открывала прекрасный обзор на ее пятую точку. Я усмехнулся, когда задумался обо всех тех вещах, которые бы мог сделать с ней в этом положении.
Я знал, что не должен думать о таком, что наши отношения должны быть невинными, но каким образом, если она — само совершенство. Грязные мысли с трудом поддавались контролю.
Выпрямившись, Кира развернулась, положила руку на бедро и нахмурилась. Конечно, выражение ее лица не сбило меня с хода мыслей, но я быстро исправился, нарисовав у себя над головой нимб, показывая, что буду паинькой.
Пусть мои мысли никуда не денутся, но я не буду давать им волю в действиях. Буду джентльменом, насколько я вообще могу им быть.
Кира наконец улыбнулась, прижавшись спиной к стойке.
— Салют, Анна.
Я начал готовить кофе, пока Кира болтала со своей сестрой.
— Не рано звонишь? — сказала Кира в трубку. Она молчала, пока я наливал сливки в ее чашку, затем произнесла: — Нет, уже встала.
Я размешивал кофе Киры, пока она смеялась над тем, что сказала ее сестра.
— Нет, Красавчик проснулся.
Я обернулся вовремя, чтобы увидеть, как Кира съеживается и смотрит в мою сторону.
Красавчик? Правда? Она имела ввиду меня? Подняв бровь, я произнес это слово вопросительно, указывая на себя. Закатив глаза, Кира кивнула. Я посмеялся над этим прозвищем и задумался, кто придумал его первым — Кира или ее сестра?
Не открывая от Киры взгляда, я сделал глоток кофе. На ее губах возникла игривая усмешка, и мне стало интересно, о чем она сейчас думала.
— Мы трахались на столе, пока варился кофе, — до невозможности беспечно бросила она.
Я чуть не подавился, выплевывая кофе обратно в чашку.
Я не мог поверить, что она только что сказала. Я стал плохо на нее влиять. Или, возможно, наоборот — хорошо. Мои грязные мысли тотчас же вернулись, и Кира отвернулась от моей улыбки, ее щеки пылали.
— Черт, Анна. Я же шучу. Я никогда к нему и пальцем не прикоснусь. Знала бы ты, сколько у него было девчонок. Он гадок… К тому, сама понимаешь, Денни спит наверху.
Кира посмотрела наверх, где спал Денни, а я уставился в пол. Гадок.
