А еще лучше спиртику неразбавленного.
– В следующий раз так и сделаю. Продолжай!
– Закончив с ментами, созвонился с другом из МВД. Он обещал информировать нас о ходе следствия. После чего поехал к Картаевым. Встретил меня пьяный Паша!
Лазарев взглянул на подельника:
– Пьяный? Когда он, сучок, успел нажраться? При мне был трезв. Трезв и напуган.
– Вот и залил водкой испуг свой! После того, как вы уехали.
– Он, мудак, доиграется. В самый ответственный момент может загубить дело. Надо как-то повлиять на него.
А то наломает придурок дров.
Макеев проговорил:
– Ничего, Валерий Михайлович. Все будет нормально. Завтра я еще поговорю с ним. Хотя этого можно и не делать. Людмила не обращает на Пашу внимания. Видимо, уже вычеркнув его из своей жизни.
– А она не подаст на развод в ближайшие дни?
– Нет! Не думаю! Не до этого будет. Похороны, девять дней, сорок. А вот потом обязательно подаст. Людмила не станет жить с Пашей. Это очевидно. Но мы опередим дочь покойного босса.
Лазарев, погладив подбородок, спросил:
– А что за идея пришла тебе в голову, из-за которой я не должен был общаться с Людмилой?"
"– Идея неплохая, но ее реализация требует тонкой игры.
И я уже начал эту игру.
Лазарев поморщился:
– Ты можешь объясняться человеческим языком?
– По вашему, я по-собачьи лаю?
– Не передергивай. Говори понятней!
– Сейчас я скажу вам только одно: у меня есть план, как сделать Пашу единственным наследником всего состояния Богданова. И при этом нейтрализовать Людмилу так, что ее гибель не вызовет никаких подозрений, даже на фоне смерти отца.
Подробности плана я изложу позже.
– Но ты сказал, что уже начал игру?! Я должен знать, что это за игра.
– Конечно! Вы же теперь босс!
– Вячеслав! Давай по существу!
– О’кей… босс!
Макеев, закурив сигарету, поведал Лазареву суть своего разговора с Людмилой. Выслушав подельника, вице-президент какое-то время недоуменно смотрел на него. Затем, повысив голос, спросил:
– За каким чертом ты посеял в Людмиле сомнения насчет несчастного случая? Зачем ты сделал это? Теперь она точно вобьет себе в голову, что отца завалили.
А кто мог организовать убийство? Кроме конкурентов, которые никак себя не проявляли? Ты, да я, да мы с тобой. И еще Паша, муженек ее. Ты не понимаешь, как подставил всех нас? И эту подставу называешь игрой? Да какая это, на хрен, игра?
Макеев резко оборвал начальника:
– Успокойтесь, Валерий Михайлович. Прекратите истерику и слушайте дальше.
