И только потому, что нам действительно нужно поговорить.
Происходящее похоже на два предыдущих раза, которые заканчивались запретными поцелуями и сексом. Но сегодня все будет иначе, потому что я до сих пор помню пронизывающий ужас от вчерашнего кошмара, когда не смогла спасти своего ребенка."
"Разве в моей ситуации допустимо терять голову от человека, жена которого угрожает написать жалобу в органы опеки и отнять у меня сына, чтобы я на своей шкуре ощутила, как неприятно расставаться с близкими людьми?
— Я сейчас поднимусь, — отвечает Володя, и в трубке повисает тишина.
Я вижу, как Третьяков выходит из машины, ненадолго задерживается у задней двери, а потом уверенной походкой направляется к подъезду, держа в руках что-то объемное. Кажется, это букет цветов и большая игрушка.
Глава 30
Открыв дверь, первыми я вижу букет и игрушку в руках Третьякова.
— Это лишнее, — говорю вместо приветствия. — Мы с Денисом завтра улетаем и не сможем взять их с собой.
— Знаю, что улетаете, — произносит Вова, стоя на пороге.
Смотрит так пронзительно, что я теряюсь. Разглядываю его тоже и замечаю, что у Вовы уставшие, тусклые глаза, небритость на щеках, которая ему очень идет.
— Я не хотел ехать к вам с пустыми руками, — продолжает он.
Повисает молчание. Оно похоже на хрупкий лед. Стоит приложить чуточку усилий — и пойдет трещинами.
— Мам, кто там? Дай мне посмотреть.
Уже в носках и новой пижаме, хотя еще не купался, сын протискивается между нами и, обнаружив огромного плюшевого кота из своего любимого мультика, тянет руки, чтобы забрать его у Вовы.
Третьяков переступает порог, отдает Денису игрушку и при этом не сводит с сына глаз, с жадностью впитывая его эмоции. Не знаю, о чем думает в этот момент Вова, но я каждый раз ловлю себя на мысли, что он пропустил три важных года из жизни маленького человека. Не видел его первую улыбку, не слышал первое слово, не радовался первым шагам, не играл с ним на улице, не водил на елки. Наверное, поэтому я и иду Вове навстречу, не хочу лишать его общения с сыном.
Вова не заслужил подобного, он, как и я, имеет право быть в жизни Дениса, любить своего ребенка, которому одинаково нужны внимание и забота обоих родителей.
— Что нужно сказать, Денис? — спрашиваю у сына, который бежит в детскую.
— Спасибо! — кричит он и скрывается в своей спальне.
— А это тебе. — Вова протягивает мне букет красных роз.
Принимаю цветы, чувствуя, как меня штормит, состояние странное и нервное.
