"
"Вообще-то приглашать Щербакова домой у меня в планах не было, но если уж играть роль перед Третьяковым, то до конца. Между нами с Вовой много боли. А еще похоть. От таких чувств нужно бежать как можно дальше, а я не то что не бежала — бросилась в его объятия и сама отдалась. У всех семей бывают проблемы. Но стать женщиной, из-за которой семья распадется, я хочу меньше всего.
— Глупости какие-то говоришь, — произношу строго.
Щербаков начинает смеяться.
— Мы не на паре, Анастасия Артемовна.
— Он зажимает меня в лифте, придавливая к зеркалу тяжестью своего мощного тела.
Закрываю глаза и делаю медленный вдох-выдох.
— Отпусти. Сейчас это неуместно.
— Почему?
— Мне жаль, что приходится это говорить, но день был очень тяжелым. Морально я раздавлена и вряд ли найду в себе силы улыбаться тебе весь вечер. Тем более отвечать на знаки внимания, — намекаю на то, что Щербаков хочет засунуть язык мне в рот. В котором недавно побывал язык Третьякова.
Я приводила Вове пример про проститутку, еще немного, и действительно почувствую себя падшей женщиной, если Никита не сбавит обороты.
— Что случилось? — интересуется он.
— Настроение испортилось из-за отца Дениса и нашего разговора. Ты здесь ни при чем. Извини.
— Может, чай или что-то покрепче? — предлагает Никита. — Я всю ночь к твоим услугам. Не хочу, чтобы ты ложилась спать с таким лицом и грустью в глазах. Я развеселю.
— Пожалуйста, давай в другой раз, — прошу я.
— Секс или чай? — уточняет он.
Двери лифта открываются, мы выходим на лестничную площадку и останавливаемся у квартиры.
— Чаем могу сейчас напоить. На большее не рассчитывай.
— Тогда лучше не рисковать. Одним чаем я сыт не буду.
— Я дам тебе знать, когда мы сможем увидеться.
Щербаков, громко хмыкнув, уходит, а я захожу домой и наконец-то остаюсь одна. Сползаю по стене вниз и смотрю перед собой невидящим взглядом.
Я неправильная.
Развратная. Слабая. И такая одинокая. Хочется уткнуться в чье-нибудь плечо лицом и плакать, но рядом нет ни одной живой души, никого, кому бы я могла рассказать о своем сегодняшнем падении и страхах.
Проводив Татьяну Павловну, купаю Дениса, долго читаю ему, лежа рядом и прислушиваясь к тихому, размеренному дыханию сына. Представляю, как бы все могло сложиться в нашей жизни, не вмешайся в мои отношения с Вовой его отец.
