Здание было сколочено наспех, в нос густо бил запах свежей стружки, полы были неструганы, но шероховатости никого не смущали — надолго здесь оставаться никто не собирался, скоро наступление, а то, что останется от штаба, растащат местные жители под личное строительство.
Прошли по затемненному коридору.
— Вот сюда, — показал капитан Сухарев на дощатую дверь, за которой раздавался громкий голос. Похоже, его обладатель разговаривал по телефону, кому-то что-то яростно доказывая.
Тимофей потянул на себя дверь и уверенно перешагнул через порог:
— Здравия желаю… Капитан Романцев, старший оперуполномоченный военной контрразведки Смерш.
Положив телефонную трубку, хозяин кабинета представился в ответ:
— Майор Артемьев, командир дивизиона авиационной разведки.
Это был франтоватый малый лет двадцати восьми. В передовых частях такие встречались нечасто. Обычно как-то все по-простому: полевая выцветшая форма, звездочка защитного цвета на старенькой пилотке.
На Артемьеве же был новенький китель с ярко сверкающими золотистыми погонами.
Брюки из светло-синего сукна — такие же новенькие, стрелки на них ровнехонько отутюжены так, что можно порезаться. Сапоги яловые, щеголеватые, с высокими зауженными голенищами, обтягивающие полноватые икры, надраенные до такого блеска, что в них можно смотреться.
С первого же взгляда Романцева в майоре Артемьеве стало раздражать все: начиная со смазливой физиономии с тоненькими усиками под аккуратным прямым носом, заканчивая белоснежными манжетами, кокетливо выглядывающими из-под рукавов.
Поддаваться первому впечатлению — дело неблагодарное, зачастую оно бывает скверным советчиком. Не исключено, что майор — вполне боевой парень, оказавшийся в тылу не по собственной инициативе, а по распоряжению начальства. Ведь кому-то же надо дешифровать снимки. Работа непростая, тонкая, тут требуются специальные знания, опыт, с такой работой справится далеко не каждый."
"Переборов в себе нарастающую неприязнь, Романцев даже улыбнулся, давая понять, что ничего особенного не происходит и визит военной контрразведки — всего лишь рабочий момент, какие на фронте случаются во множестве.
Однако от Тимофея не укрылась бледность, мелькнувшая на лице капитана Артемьева.
— Прошу вас, товарищи, садитесь, — майор указал вошедшим офицерам на стулья. — Чем могу быть полезен?
— Нас интересуют аэрофотоснимки семьдесят первого квадрата. Результаты дешифрирования и пояснительные записи к ним.
— Что-нибудь не так? — участливо поинтересовался майор.
