Командир разведвзвода, совсем еще молодой парень, с тех пор, совершенно не стесняясь политрука, стал носить крестик, заявив: «Обещал Богу, что, если останусь в живых, уверую окончательно».
За последнюю неделю Богдан Щербак дважды взял «языка». Один был помощником повара, отправившимся за водой, второй оказался офицером, правда, не из штабных, а всего лишь командиром взвода, но о своем месте базирования рассказал немало интересного. А еще поделился слухами, среди которых один впоследствии подтвердился: из соседней армии в ближайшее время в их район должен передислоцироваться гаубичный артиллерийский полк.
"
"Фронтовые будни тянулись одинаково. Наши войска значительно продвинулись вперед, заняли Станислав, чтобы сделать небольшую передышку. Но уже никто не сомневался, что Красная Армия будет двигаться вперед и дальше.
Едва ли не ежедневно разведчики выходили в тыл к немцам. В один из дней просто чудом удалось уцелеть: там, где обычно переходили нейтральную полосу, через глубокий болотистый овражек, поросший тиной, немцы установили растяжку.
Акимыч, один из опытнейших разведчиков, сумел рассмотреть в кромешной темноте тонкую проволоку, замаскированную в траве, один конец которой был привязан к кольцу гранаты.
А вчера, переходя через линию фронта, Щербак должен был перейти вброд реку и пройти более короткой дорогой, но какое-то внутреннее чувство подсказало ему пройти дальше и поискать переход в другом месте. Уже возвращаясь, Богдан решил проверить свои опасения, и, как оказалось, интуиция не подвела — у самого брода затаилась засада.
Немцы воевали с умом, прекрасно просчитывая наши действия. Умело подмечали закономерности в действиях противника, в местах прохождения разведки устанавливали смертельные сюрпризы. Поэтому Богдан Щербак старался не повторяться, искал обходные пути, о которых не подозревал враг.
Местность, как свою, так и на стороне противника, старшина знал хорошо — он прополз на брюхе едва ли не каждый ее метр. Но немцы в последний год научились грамотно обороняться, то и дело удивляли замысловатыми бетонными конструкциями, а тропки, ведущие в их расположение, оберегали, как последнюю надежду на спасение.
Оставались еще три участка, требующих доразведки. Именно они были самыми сложными. Четыре разведгруппы, отправленные в глубокий тыл к немцам, пропали, а еще две остались лежать на нейтральной полосе, не дойдя до первой линии вражеской обороны метров двадцать.
Наступление должно было начаться сразу по всей линии фронта.
