Тут у немцев явно какая-то несогласованность. Направление главного удара может быть смещено на полтора километра южнее, — провел он карандашом по карте. — Я бы хотел обратить внимание танковой армии, что, по данным нашей разведки, немцы намерены применить свои новые тяжелые танки «Королевский Тигр». Танк имеет сложную восьмидесятивосьмимиллиметровую пушку, способную пробивать все существующие танки."
"— Серьезная машина, — согласился генерал-лейтенант Катуков. — Но мы в курсе этого нововведения. Танк хорош.
У него сильный броневой корпус и башня. Вооружение тоже превосходное. Кроме пушки, имеется вспомогательное вооружение из трех пулеметов. Но у этого танка есть один весьма существенный минус — он очень тяжел и неповоротлив! Мощность двигателя для такой массы недостаточна. Так что наше мнение такое: советские танки могут его уничтожить. Самое слабое место «Тигра» — впереди, под башней, нужно бить именно туда. В целом его надежность невелика. Ну, а на что он способен, мы проверим в бою.
— Ну и вы, Василий Николаевич, — обратился командующий фронтом к генерал-полковнику Горлову. — Мы уже обсуждали вашу задачу. При взаимодействии с другими армиями вы должны овладеть Сандомирским плацдармом на левом берегу Вислы, с ходу ее форсировав. Если пойдет так, как планируется, через день-другой подгоним тридцати- и пятидесятитонные понтоны, а инженерные части уже будут готовы наводить низководные мосты через Вислу. Двигаться нам предстоит стремительно, чтобы не дать немцам опомниться.
Форсирование должно быть налажено, как только мы закрепимся на плацдарме. Так что передовым частям придется форсировать реку и одновременно вести бои с отступающими немецкими частями. Если нет ни у кого вопросов, расходимся. Доведите приказ командования до своих частей. Наступление начнется в ближайшие часы. Все подразделения должны быть готовы к бою!
Часть II
Разведка
Глава 6
На фронт хлопцы идут
Из последней командировки Тимофей Романцев вернулся другим: в глазах печаль, на сердце невыстраданное горе, на щеках — трехдневная щетина.
Причина тому — гибель Татьяны, в которой он винил исключительно себя. Все последующие дни Тимофей не находил утешения, без конца вспоминал разговор, состоявшийся незадолго до его отъезда, ставший для них последним.
«Мы еще увидимся?» — спросила тогда Таня.
«Конечно. Как же может быть иначе», — ответил он.
В искрящемся взгляде девушки Тимофей видел надежду и радость.
