Украинские националисты, прошедшие обучение в школах Абвера, активно и повсеместно создавали боевые подразделения, а с помощью специалистов из технического отдела Абвера, занимающихся военным строительством, возводили в лесах бункера и в короткий срок рассчитывали покрыть ими всю Украину, чтобы таким образом замаскировать Украинскую повстанческую армию.
Сталин оценил угрозу — с такой невидимой армией воевать будет крайне сложно. Это не открытый враг, которого можно одолеть на поле боя, это местная армия, пользующаяся поддержкой местного населения.
"
"Перед наркомом внутренних дел и начальником Главного управления контрразведки Смерш следовало поставить задачу: воспрепятствовать созданию украинско-фашистской армии и в кратчайшие сроки уничтожить бандеровское подполье.
Составленные сводки Сталину понравились. Их значительно оживлял небольшой рассказ пленного немца о том, что в немецких тылах в настоящее время царит полная неразбериха. Эшелоны, идущие на Запад, переполнены ранеными, а в боевых частях царит повальное уныние.
В Гитлера и победу Германии уже никто не верит.
Продолжая вчитываться в текст, Иосиф Виссарионович достал из распечатанной пачки «Герцеговина Флор» две папиросы и, разорвав тонкую бумагу, высыпал табак в трубку. Затем сунул ее в уголок рта и на ощупь, не отрываясь от текста, отыскал пальцами спички. Спичечный коробок всегда находился под рукой, лежал с правой стороны на одном и том же месте, и Сталин мог отыскать его даже с закрытыми глазами.
Иосифу Виссарионовичу неоднократно дарили зажигалки: командующие фронтами и армиями — часто простые, сделанные рядовыми бойцами из металла сбитых немецких самолетов, иной раз весьма тонкой работы; дипломаты союзных стран — украшенные драгоценными камнями, они порой представляли собой настоящее произведение искусства. Вот только ни одна из зажигалок у Верховного не задержалась, всегда находился повод, чтобы отдать ее тому, кто нуждался в ней больше. Со спичками было как-то привычнее.
А потом, куда приятнее вдыхать смоль горящего дерева, чем запах бензина.
У товарища Сталина была еще одна укоренившаяся привычка, которой он неизменно следовал: трубку курил исключительно среди своих — во время совещаний или при работе, требующей значительного напряжения. Во всех остальных случаях, включая международные совещания, вождь курил папиросы.
Трубка помогала ему выдерживать нужную паузу, не позволяла принимать скоропалительные решения.
