Упряжь натянулась в тонкую струну, казалось, еще какой-то миг, и кожаные ремни лопнут. Лошадки старались, тянули изо всех сил, наконец, не без помощи подоспевшего артиллерийского расчета, вытянули из ямы забуксовавшее орудие.
Лошадки, успевшие за время войны привыкнуть к грохоту, совершенно не реагировали ни на тягачи, проходившие в опасной близости, ни на самолеты, с воем пролетавшие над головами.
Обычно перемещение войск происходит ночью под покровом темноты, чтобы противник не сумел догадаться об истинной цели передислокации.
В этот раз передвижение осуществлялось днем, наверняка не без умысла, с каким-то дальним стратегическим расчетом, о котором простым бойцам было неведомо.
В занавешенном окне мелькнула фигура. Кто именно — не разобрать. Романцев приказал автоматчикам:
— Сколько их там, не знаю, но всех мордой в пол! Предупреждаю: под пулю не лезть, если что — стрелять на поражение! — Достав пистолет, скомандовал: — Вперед!
Подошел к двери, потянул за ручку. Закрыто. С внутренней стороны слегка брякнула щеколда.
— Давай ты, — позвал капитан крупного бойца. — Всем телом!
— Понял, — охотно отозвался разведчик. — Не впервой!
Отступив на пару шагов, он обрушил на дощатую дверь свое стокилограммовое тело. Сорвавшись с петель, она грохнулась на пол, разбивая сложенные в прихожей горшки. Романцев ринулся вовнутрь, дернул на себя вторую дверь и, оказавшись в горнице, скомандовал:
— Всем лежать!
Комната была разделена широкой занавеской на две части.
Сорвав ее, Тимофей кинулся вперед и едва не натолкнулся на кровать, на которой, прикрывшись покрывалом, лежали обнаженный Белоус и молодая женщина. На стуле рядом валялась гимнастерка, рукава которой неряшливо свешивались до пола, поверх нее были брошены брюки. Женщина, подтянув покрывало к подбородку, вдруг закричала тонким голосом:
— А-а-а!
На лице курьера застыли страх и отчаяние. Чемодана с документацией нигде не было видно.
— Где чемодан? — Романцев сорвал с лежащих покрывало.
Женщина сжалась в комок, пытаясь укрыться от мужских взглядов. Белоус уже совладал с собой и несмело потянулся за одеждой.
— Не знаю… Был здесь.
— Где чемодан? — Романцев направил ствол пистолета прямо в лицо курьеру.
Кто-то из солдат уже протянул женщине одежду, и она торопливо, продолжая прикрываться, стала одеваться.
— Может быть, он там… у ее брата, — показал Белоус на соседнюю комнату.
Двое автоматчиков метнулись в сторону указанной двери.
