— Но… как он мог обознаться? Да мы похожи чем-то, особенно если смотреть сверху, и одежда одинаковая… Но не до такой же степени.
— Не знаю. Пока. Но узнаю обязательно. Муж госпожи Барад сказал, что его супруга решила задержаться немного, погулять по парку, и служанка вынесла ей палантин. Похожий на ваш…
Светлейший умолк на мгновение, а потом резко продолжил:
— Мне пора идти. Я прошу вас… Очень прошу, никуда не выходить. Здесь вы в безопасности. Обещайте.
Я склонила голову, не говоря ни да, ни нет. Но инквизитор принял это за знак согласия.
Коротко попрощался и вышел.
Что ж, Белара Вилмот этих покоев не покинет, как обещала… Почти обещала. А вот мне так или иначе уйти придется.
Но прежде я побеседую с «драгоценным супругом». Основательно, доверительно и, по возможности, начистоту.
* * *— Что за глупости тебе вечно в голову приходят?
Мы с Теренсом вновь ссорились. Надо же, и женаты-то фиктивно, а отношения выясняем, как самые настоящие сварливые супруги. Земные, разумеется. На Атросе, никому и в голову не придет, что женщина способна вот так упрямо спорить с мужем, настаивать, требовать.
А что делать, если Вилмот ушел в глухую несознанку? Отнекивался, злился, упорствовал, но твердо стоял на своем. Белара здесь ни при чем — и точка.
— Моя Белла к этому отношения не имеет, я уверен. Зачем ее убивать? Кому она мешает? Она… Она чистая… светлая. Непорочная.
Теренс с вызовом уставился на меня.
«Не то, что некоторые», — читалось в его многозначительном взгляде. Но вслух он этого говорить не стал, опасаясь моего возмущения.
Совершенно справедливого, между прочим.
— И вообще, с чего ты взяла, что охотились именно на нее, а не на тебя, а? Ты теневик и, наверняка, Улх ведает, в каких сомнительных делах участвовала. — Вилмот оскорбленно выпрямился. — И смеешь еще обвинять мою Белару.
— Я никого пока не обвиняю. Но если тебе что-то известно, и ты сознательно скрываешь информацию, то тем самым нарушаешь договор. Пункт о сокрытии важных сведений, способных причинить вред исполнителю. В этом случае на поддержку грандмастера даже не надейся, — нажала я посильнее.
— Он знает наши законы и тебя защищать не станет.
— Ничего мне не известно.
Теренс махнул рукой и вдруг, ссутулившись, будто из него выпустили весь воздух, упал в кресло. Помолчал. Произнес уже совсем другим голосом:
— Я и сам не исключаю, что покушались на Белару, хоть и гоню от себя подобные мысли. Но не вижу причин. Не вижу, понимаешь? Есть, правда, странности, связанные с несчастным случаем.
