Еще в доме Дэшвудов, чтобы обойтись без ненужной возни, он пережал Мартину артерию на шее и лишил придурка сознания. Уж на такие ничтожные фокусы он по-прежнему способен без помощи рук.
Синяков и ссадин он ему сегодня поставил достаточно, а по тем традициям, что действовали в Аламенье, мужчины, ровно как и женщины, стремились улучшить материальное положение за счет выгодной женитьбы — в этом не видели ничего зазорного.Интересно, как бы он отреагировал, если бы на любовь рассудительной мисс Бекки претендовал куда более достойный соперник?
Однако у него еще оставались дела прежде, чем присоединиться к пяти очаровательным мисс Дэшвуд за ужином.
Император ловко нырнул из межмирья в соседнее измерение, затем — в еще одно. И так до тех пор, пока не оказался в небольшом помещении размером примерно с чулан.
Приняв подарок Михаэля, Феррис не сомневался, что западня может поджидать с разных сторон. Сейчас он находился в пересадочном узле между мирами и перед ним одна за другой возникали двери. Они обозначали те направления, по которым он мог двинуться дальше.
Сначала он заглянул в свой мир, в кабинет, который так спешно покинул. Стрелка часов застыла на моменте, когда они начали бить полночь; он видел свою тень, склонившуюся над бумагами. Кажется, там все спокойно и до утра пойдет своим чередом. Это целая вечность по меркам Аламеньи.
Однако Феррис чуял угрозу. На двери, ведущей обратно в Тени, — почти прозрачной, сделанной из слюды с многочисленными прожилками, он угадывал прячущиеся по углам темные разводы.
Какая-то зараза пыталась просочиться, и возвращаться придется с боем.
Рядом с дверью в кабинет появилась еще одна… прямо на морской берег. Среди валунов и чаек, не дойдя пары метров до бушующего моря, застыла она. Девушка с распущенными волосами, из-за которой он ввязался в эту авантюру.
Она по-прежнему стояла, отвернувшись от него. Зато он мог услышать каждое ее слово. Демон сделал шаг вперед и тут же — отступил на два назад.
Глава 21. Феррис и неразгаданный ребус
— Я знаю, ты не вернешься, но я не перестану тебя ждать.
Голос настолько родной, что каждое слово отдавалось у него в сердце. А ведь он вообще забыл о его существовании.
В то же время ее голос не дрожит, хотя он знает, что в этот момент по ее щекам текут слезы и из-за них незнакомка почти ничего не видит.
Давно он не испытывал настолько режущей потребности совершить смертельную ошибку — а все ради того, чтобы убедить ее, что он рядом, что все будет хорошо.
![Обложка книги Темный в моем сердце: Насмешка небес [СИ]](/uploads/posts/images/3/temnyi-v-moem-serdtse-nasmeshka-nebes-si.jpg)
