В конце шеренги стоял Лахлан Хант, один из арендаторов, которых Джейми изгнал из Риджа. Лахлан не позволил своей жене ходатайствовать за него; он был среди тех, кто ушел. Внутри у Джейми все сжалось.
Лахлан тоже его заметил и устремил на него широко раскрытые от ужаса глаза.
Джейми колебался лишь несколько секунд.
— Отставить! — закричал он во всю мощь, и Йен-младший его поддержал.
— Этот человек… — Джейми указал на Ханта, — один из моих арендаторов.
— Проклятый тори, вот он кто! — ввернул Кливленд и, бросившись вперед, накинул петлю на шею Лахлана.
Джейми расправил плечи и спиной почувствовал приближение Йена-младшего.
Однако прежде, чем он осуществил свой план — ударить Кливленда в массивный живот и сбить с ног, а затем кинуться на него и задержать как можно дольше, чтобы Йен смог увести Ханта в темноту, — раздался другой, исполненный страдания голос.
— Локки! — позвал он. — Это мой брат!
Сквозь толпу, которую новое вторжение весьма позабавило, протиснулся молодой человек.
— А ты, надо думать, чей-то дедушка? — закричал какой-то шутник, бросив мокрую сосновую шишку в грудь самого младшего пленника.
Все засмеялись, и Джейми выдохнул.
— Неважно, кто они! — крикнул другой. — Смерть тори!
— Не без суда!
— Пожалуйста, пожалуйста, позвольте мне попрощаться с ним! — Брат Лахлана торопливо проталкивался сквозь толпу, которая, как заметил Джейми, ему не препятствовала. Слышался даже ропот сочувствия: и пленник, и его брат были совсем молодыми людьми, не старше двадцати лет.
Джейми не стал ждать; он ткнул Йена локтем и проскользнул сквозь толпу.
Облака снова сомкнулись, и под висельным деревом сгустился сумрак. Крошечный костер погас в последнем облачке дыма; Йен испустил индейский боевой клич, рассчитанный на то, чтобы у слышавших его застыла кровь. Джейми нырнул под дерево, схватил Ханта за связанные руки и быстро стал подталкивать в сторону леса.
Лахлан оступился, но все-таки рванул вперед изо всех сил, и через несколько мгновений они оставили позади костер и начавшуюся возле него драку.
Джейми выхватил кинжал и принялся резать веревку."
"— Ты знаешь, где мы? — спросил он Ханта. От висельного дерева долетали звуки потасовки.
— Нет. — Лицо Локки Ханта едва виднелось в темноте, но страх в его голосе был ясен, как божий день. — Пожалуйста, сэр… пожалуйста. Моя… моя жена…
— Заткнись и слушай, — буркнул Джейми, занимаясь веревкой. — Запад там, — указал он, поднеся палец к самому носу Ханта.
