Малыш откинул голову назад, затем наклонил ее вперед, нашел сосок и зачмокал с красноречивым вздохом раздражения, так ясно говорившим: «Ну наконец-то!», что все облегченно рассмеялись.
Легкий стук в дверной косяк возвестил о появлении Пейшенс и Пруденс Хардман. Лица девочек светились любопытством.
— Мы услышали плач ребенка, — сказала Пруденс. — Скажите, кто?
— И как ты себя чувствуешь, Друг Бри? — спросила Пейшенс, неуверенно улыбаясь Брианне. Волосы у той начали подсыхать и пушиться, отчего она походила на льва, который провел три раунда с носорогом и еще не понял, кто победил.
Однако она по-прежнему улыбалась, гладя ребенка по головке.
— Мальчик, — ответила Бри хриплым от крика, но спокойным голосом.
— О-о-о! — хором выдохнули девочки и, переглянувшись, рассмеялись. Пейшенс, однако, быстро опомнилась и спросила, не хочет ли Бри чего-нибудь поесть.
— Мама приготовила содовый хлеб с джемом на случай, если ты проголодаешься, и много сладкого молока, — добавила Пруденс. — Как зовут твоего сына?
— Умираю от голода, — сказала Бри.
— Что касается… ай! — Она замолчала и, сморщившись, закрыла глаза. — Ммф.
— Вот она! — воскликнула Фанни, стоя на четвереньках и пристально всматриваясь. — Уже на подходе, я вижу… О! — Девочка резко выпрямилась.
Плацента, выскользнув, со смачным шлепком упала на устланные соломой половицы. Роджер и Джейми поспешно отвели глаза, зато две юные квакерши торжественно кивнули.
— Точно как у мамы, когда она родила Честити, — изрекла Пруденс.
— Мы заварили из нее бульон.
Плацента — темная, с сетью извивающихся кровеносных сосудов и тянущимися остатками пуповины — добавила к едкому запаху пота и притоптанной свежей соломы свой мясной аромат.
— Думаю, мы лучше закопаем ее в саду, — поспешно сказала я, увидев выражение лица Бри. — Полезно для почвы. Кстати, насчет имени — у вас уже есть варианты?
— Куча. — Брианна посмотрела на ребенка и крепче прижала малыша к себе. — Мы хотели подождать и сначала увидеть его или ее, чтобы решить наверняка.
— Мы думали, возможно, Джейми? — Роджер поднял бровь в сторону нынешнего носителя этого имени, однако тот покачал головой.
— Нет, зачем вам Джемми и Джейми, — возразил он. — Они вечно будут путаться, кого зовут. Раз Джема назвали в честь твоего отца, Роджер Мак, тогда на сей раз, может, в честь преподобного?
Роджер улыбнулся.
— Хорошая мысль, но преподобного звали Реджинальд, и я не уверен… А в честь отца Джейми уже назвали Брианну.
