Неизменное выражение недовольства на лице мисс Крэбб уступило место некоторому смятению.
— Нет, милорд, — промолвила она. — Он ушел позавчера, да так и не вернулся.
136
Двумя днями ранее
Записка прибыла в дом номер 12 по Оглторп-стрит сразу после легкого обеда, состоящего из сэндвичей с ветчиной и бутылки пива. Сидя в непринужденной обстановке кухни, лорд Джон наблюдал за тем, как Мойра возится с огромным палтусом, которого доставили этим утром. Женщина явно умела обращаться с тесаком, и лорд Джон пожалел о ее непреклонном отношении к помидорам — с такими способностями она бы одним махом превратила любой помидор в кетчуп.
Он с жадным предвкушением наблюдал, как Мойра присматривается к рыбине (такой большой, что голова и хвост свисали с маленького столика) и решает, с какой стороны атаковать.
Однако, прежде чем она успела нанести удар, в проеме кухонной двери мелькнула тень и раздался короткий стук по косяку.
— Mein Herr?[320] — Гюнтер, конюх из платной конюшни, услугами которой частенько пользовался Хэл, с подобострастным видом застыл в дверном проеме в своем кожаном фартуке.
— Ja? Was ist das?[321] — спросил Грей.
Мойра, занесшая руку для удара, на миг замерла и подозрительно прищурилась, переводя взгляд с него на Гюнтера и обратно."
"Гюнтер пожал плечами, поднял брови, как бы снимая с себя ответственность, и протянул аккуратно сложенную записку, запечатанную свечным воском. Он махнул рукой через плечо, показывая, что кто-то дал ее в конюшне. Грей порылся в кармане в поисках монеты, достал пенни и шиллинг, отдал шиллинг и, коротко поблагодарив, взял записку.
Сперва он подумал, что она для Хэла, но записка была адресована «лорду Джону Грею». Лаконичный, секретарский стиль совершенно не вязался с тем таинственным способом, каким ее передали. Сообщение, написанное тем же почерком, было не менее загадочным.
Милорд!
Мне сказали, что однажды на Вас работал человек по имени Томас Берд. Этот господин приплыл из Англии на моем корабле «Паллада» и рассчитался за свой проезд при посадке.
Однако на борту он познакомился с молодой леди, которая не оплатила поездку, вместо этого спрятавшись в трюме. Мистер Берд изъявил согласие внести оплату за ее проезд, дабы шериф не упек ее в тюрьму, но у него нет наличных денег для этой цели. Не желая заключать такую миловидную молодую женщину в местную тюрьму, я спросил, нет ли, случайно, у мистера Берда друзей, которые взяли бы на себя его расходы.
