Амаранта отвернулась.
— Полагаю, ты имеешь в виду marriage blanc?[319] — сказала она чуть хриплым голосом. — Раздельные жизни, отдельные постели?
— Что? Нет. — Уильям взял обе ее руки. — Я определенно хочу разделить с тобой постель. И не раз. Как бы ты назвала такой брак?
— Ну, двоеженством для начала.
Однако она посмотрела на него иначе, и сердце гулко забилось в груди Уильяма.
— Мы можем обсудить детали на обратном пути в Саванну.
По-прежнему крепко сжимая ее руки в своих, он наклонился и поцеловал кузину.
Губы девушки поддались, скорее от неожиданности, но все-таки…
— Я не сказала, что согласна! — Она резко отстранилась. Уильям отпустил ее, с легким удовлетворением отметив, что она не вытерла губы.
— Можешь дать ответ, когда мы доберемся до Саванны, — сказал он и, поднявшись на ноги, протянул ей руку.
135
Самое интересное
Уильям снял им комнаты в приличной гостинице в небольшом городке к югу от Филадельфии. К его удовольствию, на стене над умывальником обнаружилось маленькое зеркало. Он тщательно побрился (отросшая борода темно-рыжего цвета немало удивила и позабавила Амаранту), а затем облачился в свой капитанский мундир, несколько измявшийся в дорожной сумке, но чистый.
Кузина прищурилась, когда он сел в карету рядом с ней и положил шляпу на колено.
— Я думала, ты оставил службу.
— Да. Верно. А это, — он махнул на свой алый мундир, — так называемая ruse de guerre. Идея дяди Хэла. Он временно дал мне звание капитана с правом проезда через любые территории, контролируемые войсками короля, куда, несомненно, входят Ричмонд и Чарльстон.
Я не шутил, — мягко добавил Уильям. — Он беспокоится о тебе и хочет, чтобы ты вернулась.
Отведя глаза, Амаранта посмотрела в окно и закусила губу.
— Я полагала, граф заслуживает определенного почтения даже без военной формы.
— Я не граф, — твердо сказал молодой человек.
Она резко повернула голову и воззрилась на него.
— Я должен был сказать раньше, — продолжил Уильям. — Если ты рассматриваешь возможность стать графиней вследствие замужества, то, боюсь, напрасно.
— Вовсе нет. — Амаранта слегка скривила губы и вновь повернулась к окну, за которым грязные улицы Ричмонда сменились такими же мокрыми от дождя кукурузными полями.
— Как тебе это удалось? — не оборачиваясь, спросила она. — Я думала, батюшка Пардлоу говорил, что пэр не может отказаться от пэрства без разрешения короля. Ты убедил короля?
— Я еще не обращался к Его Величеству, — почтительно ответил Уильям. — Но собираюсь.
