Но от некоторых вещей отказаться труднее, чем от воинского звания, я прав?
— Если вам есть что сказать, — с раздражением произнес Джейми, — говорите и ступайте с Богом. Вам здесь делать нечего.
Улыбка Улисса показала отсутствие премоляра с одной стороны и серый мертвый зуб по соседству.
— Прошу прощения, мистер Фрэзер. Думаю, вы ошибаетесь. У меня есть тут дела. С вами.
Я выдохнула, когда он достал из-за пазухи весьма официального вида бумагу с красной восковой печатью.
Красный воск, по моему опыту, обычно не предвещал ничего хорошего.
— Будьте добры, прочтите это, сэр. — Улисс осторожно положил документ на стол перед Джейми.
Вздернув брови, Джейми глянул на Улисса, затем пожал плечами, взял бумагу и сорвал печать кончиком ножа для свежевания туш, который использовал в качестве перочинного. Его очки лежали на столе, и он надел их с нарочитой медлительностью, разглаживая сгибы на бумаге.
Я слышала голоса в доме: девочки вернулись из кладовой над родником с сыром на ужин и горшочком масла для завтрашней выпечки.
За дверью по коридору прошлепали шаги; я уловила запах малины и мягкое звяканье жестяного ведра о стену, когда Фанни повернулась, чтобы позвать Агнес. Значит, у нас будет свежий пирог… если ягоды уцелеют на кухне, полной голодных мальчишек.
Джейми пробормотал какое-то ругательство на гэльском, снял очки и одарил Улисса таким взглядом, словно хотел испепелить его парик.
Я сунула руку в карман за очками и взяла у него письмо.
Оно было отправлено неким лордом Джорджем Жерменом, государственным секретарем по делам Колоний. Я довольно много слышала о лорде Джордже Жермене — Джон Грей некоторое время работал дипломатом под его началом и был невысокого мнения об этом человеке. Но сейчас это не имело значения.
А имело значение то, что, по сведениям лорда Джорджа Жермена, государственного секретаря и так далее, некий Джеймс Фрэзер (известный в Шотландии как лорд Брох-Туарах, осужденный и помилованный якобит) в 1767 году от Рождества Христова мошенническим путем получил участок земли в колонии Северная Каролина, представив себя губернатору Уильяму Трайону в ложном свете и скрыв, что он католик, тогда как закон воспрещает указанным лицам владеть указанными земельными участками.
Я почувствовала, что задыхаюсь.
Написанное было правдой.
