Британцы схватили его и действительно приговорили к смерти. Однако потом помиловали, хотя и упекли в плавучую тюрьму на Гудзоне, где полтора года заставляли учить английскому гессенских солдат. — Дэннис отхлебнул пива. — Вряд ли они знали, что он призывал их всех дезертировать, что в конце концов многие из них и сделали.
— Я знаю, — сухо сказал Уильям.
Шайка гессенских дезертиров пыталась убить его при Монмуте — и почти преуспела. Если бы злополучный шотландский кузен не нашел его на дне оврага с проломленным черепом… Впрочем, сейчас не об этом речь.
— Упорный малый, — продолжил он. — Итак, теперь Соломон здесь. И раз уж поблизости нет ни одного гессенца, которого можно было бы подбить на побег, полагаю, он вернулся к своим финансовым махинациям?
— Насколько мне известно, — беззаботно отозвался Дэннис. — Слышал, он на короткой ноге с генералом Вашингтоном.
— Рад за него, — коротко сказал Уильям. — А что насчет тебя? Судя по тому, что ты сидишь здесь и рассказываешь мне все это, могу я заключить, что и ты теперь закадычный друг мистера Вашингтона?
По правде говоря, Уильям уже ничему не удивился бы.
Дэннис вынул носовой платок и изящно промокнул губы.
— Не столько я, сколько мой отчим. Мистер Айзекс — хороший друг мистера Соломона. Он разделяет как его политические взгляды, так и финансовое чутье.
— Вот как? — поднял брови Уильям. — Разве ты не говорил, что твой отчим умер и поэтому ты убрал «Айзекс» из своей фамилии?
— Разве? — Дэннис задумался.
— Ну… многие считают его мертвым, скажем так. Зачастую легче добиться определенных целей, если люди не знают, с кем имеют дело.
Уильяма болезненно задело осознание того факта, что он сам, похоже, не знал, с кем имеет дело.
— Выходит… ты стал перебежчиком, даже не удосужившись вывернуть наизнанку мундир, так сказать?
— Я бы предпочел термин «интриган», Уильям, но что значит слово? Когда мне было пятнадцать или около того, я начал работать с отчимом, изучая мир финансов и политики.
Обе эти нити переплетаются на войне. А война дело затратное, знаешь ли.
— Хотя иногда — прибыльное?
Нечто вроде недовольства промелькнуло под маской безмятежности на лице Дэнниса, однако он тут же с достоинством овладел собой.
— К твоему сведению, мой настоящий отец был солдатом и оставил мне приличную сумму с условием, что деньги пойдут на покупку офицерского патента… если родится мальчик, разумеется. Он умер до моего рождения.
