Только он и правда исцелял людей. Я сам был тому свидетелем!
Опустив обе руки, я открыла глаза.
Роджер вкратце поведал о своих взаимоотношениях с Уильямом Баккли — начиная с роли, которую тот сыграл в его повешении после битвы при Аламансе, до внезапного появления давнего предка в Инвернессе в 1980 году. Уильям присоединился к поискам Джема, когда мальчика похитил бывший коллега Брианны, Роб Кэмерон.
— Тогда он и стал мне… больше, чем другом, — добавил Роджер и смущенно потупился. — Бак отправился со мной. Сына мы там, естественно, не нашли, зато встретили другого Джеремайю.
Моего родного отца.
Голос зятя дрогнул. Я сочувственно потянулась к его плечу, однако он лишь отмахнулся, вновь пытаясь откашляться.
— Все в порядке. Расскажу об этом как-нибудь потом. — Сглотнув, он выпрямился и посмотрел мне в глаза. — Но когда Бак — так мы его звали — прошел сквозь камни, с нами обоими что-то произошло. Вы вроде бы говорили, каждый последующий переход дается тяжелее?
— Мне и после первого было не по себе.
— Я внутренне содрогнулась при воспоминании о жуткой гудящей пустоте, где существует лишь слабый проблеск сознания между вдохом и выдохом. — Хотя ты прав, ощущения с каждым разом все более неприятные. Что же с вами случилось?
— Со мной — почти ничего. Ненадолго потерял сознание, очнулся от недостатка кислорода. Хватаю воздух ртом — весь в поту, голова кругом. Еле встал на ноги — меня потом еще долго качало. А вот Бак…
Роджер нахмурился, уставив в пространство затуманенный взгляд: наверняка он сейчас видел перед собой Крейг-на-Дун и заново проживал момент пробуждения от капель дождя на лице.
То, что я испытывала трижды… По спине пробежал неприятный холодок.
— У него что-то случилось с сердцем. Он чувствовал боль в груди и левой руке и дышал с трудом. Даже встать не мог — говорил, его будто придавило каменной плитой. Я принес Баку воды, и вскоре ему стало полегче. По крайней мере, он сумел подняться и побрел дальше, наотрез отказавшись хоть немного передохнуть.
После они расстались: Бак отправился искать дорогу в Инвернесс, а Роджер пошел в Лаллиброх, а затем…
— Лаллиброх! — На этот раз я схватила-таки зятя за плечо.
— Ты был там?
— Да, — улыбнулся он, накрыв ладонью мою руку. — И встречался с Брайаном Фрэзером.
— Ты? С Брайаном? — Я недоуменно тряхнула головой. Какая-то бессмыслица!
— Полная бессмыслица, — весело согласился Роджер, словно прочтя мои мысли. — Мы попали не туда, куда хотели? — вернее, не тогда. И очутились в 1739 году.
