Он отчетливо запомнил странное зернистое ощущение от пепла и одновременно нахлынувшие чувства тревоги и смирения.
Почти как сейчас.
23
Ловля форели в Америке, часть вторая
Несколько дней спустя
Зеленовато-желтая, как опадающий лист, муха мелькнула в воздухе и опустилась на воду среди расходящихся от рыбы кругов. Секунду или две она держалась на поверхности, а затем с крошечным всплеском исчезла, схваченная прожорливыми челюстями. Роджер резко дернул удилище, подсекая добычу, но в этом не было необходимости: сегодня голодная форель набрасывалась на все подряд.
Рыбина так глубоко заглотила крючок, что оставалось только с усилием вытянуть ее из воды.
И все же форель, отливая серебром в последних лучах солнца, боролась и норовила сорваться с лески. Роджер чувствовал ее силу, ярость и желание жить — несоразмерно большое для такой рыбы, — и его сердце тоже забилось мощнее.
— Кто тебя научил так закидывать удочку, Роджер Мак? — Тесть взял трепыхавшуюся на берегу форель и аккуратно ударил ее о камень.
— Более ловкого движения я еще не видел.
Роджер скромно отмахнулся от комплимента, хотя и покраснел от удовольствия: Джейми не разбрасывался похвалой.
— Мой отец, — ответил он.
— Правда?
— В смысле — преподобный, — поспешил уточнить Роджер. — На самом деле он приходился мне двоюродным дедушкой. Он меня усыновил.
— Значит, он и есть твой отец, — улыбнулся Джейми.
У дальнего берега заводи Жермен с Джемом спорили из-за того, кто выудил самую большую рыбу.
Поймали они порядочно, но складывали форель в общую кучу и теперь не могли определить, где чья.
— Ты ведь не думаешь, что я люблю Джема и Жермена по-разному из-за того, что первый — мой внук по крови, а второй — нет?
— Конечно, не думаю.
Глядя на мальчиков, Роджер и сам улыбнулся. Жермена, родившегося на год с небольшим раньше, отличало худощавое телосложение, как и обоих его родителей. Джем был широкоплечим, в деда. И в меня, — подумал Роджер, приосанившись.
Оба мальчика сильно вытянулись. Под алым светом заходящего солнца их волосы вспыхнули рыжим — даже белокурая шевелюра Жермена.
— А где Фанни? Она их быстро помирит."
"Двенадцатилетняя Фрэнсис порой выглядела намного младше своих лет, а иногда — поразительно старше. Девочка уже успела сблизиться с Жерменом, когда в Ридже появился Джем, и ее первоначальная настороженность к нему объяснялась страхом, что Джем отнимет у нее единственного друга.
