Гораздо важнее другое. Скажи… — он на мгновение замолчал, подбирая слова. Когда же продолжил, голос его звучал глухо, напряженно: — Ты была когда-нибудь в клубе под названием «Алая роза»? У тебя есть небольшой шрам на животе… в форме молнии?
Горло Лизы мгновенно пересохло, словно его наждаком натерли. Язык прилип к небу и отказывался повиноваться.
Поняв, что не может произнести ни звука, девушка сделала три шага назад, высвобождаясь из объятий Влада. Медленно непослушными от волнения пальчиками расстегнула ряд пуговок на шелковом летнем платье.
Зажмурившись, скинула одеяние с плеч и отшвырнула в угол комнаты.
— Моя Молния! — возликовал Влад. — Я подозревал… Я надеялся! Постой так еще секунду. Пожалуйста, не шевелись.
Прежде чем прикоснуться к Лизе, он подошел к окну и пошире распахнул шторы. Теперь его Молния, его муза и любимая в одном лице, стояла посреди номера, залитая струящимся из окна солнечным светом. Во Владе проснулся художник. У него не было ни кисточек, ни красок, потому он решил досконально изучить тело Лизы, рассмотреть каждый изгиб, запомнить каждую родинку.
Языком, кончиками пальцев, ладонями Влад ласкал любимую, доводя ее до любовного изнеможения.
Он и сам все больше распалялся, желание обладать гибким, податливым телом Лизы сводило его с ума. Но еще больше он хотел покорить ее душу. Эта девушка словно была послана ему судьбой в награду за долгие годы одиночества."
"— Влад…Ох, Влад!.. — выдохнула Лиза.
Вцепилась в широкие мужские плечи, выгибаясь от невыносимого наслаждения.
Она не поняла, как и когда успела оказаться на кровати. Все, что она могла, так это с пылкостью отвечать на ласки и шептать имя мужчины, дарящего ей блаженство.
— Ири… Лиза, — вовремя спохватился Влад, приподнимаясь на локтях. — Прости, я еще не привык называть тебя этим именем. Но обещаю исправиться.
— Пустяки, — сообщила Лиза, притягивая его к себе и обнимая ногами. — На чем мы там остановились?
Пока Лиза и Влад заново знакомились друг с другом, Ирина и Марк в другом номере мирились не менее бурно.
Одураченный жених вначале собирался отчитать любимую за аферу, но стоило им оказаться рядом с постелью, как все серьезные намерения вылетели из их голов. Они едва успели запереться, прежде чем отдаться во власть чувств.
Время замедлило ход. Все вокруг будто замерло, а после и вовсе испарилось. Остались только два разгоряченных пылом страсти тела на скомканных простынях.
Ирина перестала понимать, где заканчивается она и начинается Марк.
