34
Еще несколько минут назад я бы сказала, что безумно устала. Сейчас, кажется, за спиной выросли крылья. Но…
— Разве за несколько дней можно научиться танцевать? Так, чтобы не вызывать насмешек?
— Научиться — нет, — сказал он, и я сникла. — Чтобы двигаться в танце так же легко и естественно, как дышишь, надо начинать с детства. Меня стали дрессировать примерно вот с таких. — Родерик склонился, проведя ладонью чуть выше колен.
— Дрессировать? — переспросила я.
— Дрессировать, муштровать, натаскивать — выбирай слово, какое нравится больше, смысл один, — пожал плечами он, а я вспомнила Селию и гувернантку, которая лупила ее линейкой по спине, чтобы не горбилась.
— У тебя столько времени нет, но, если будешь заниматься каждый вечер, сможешь выучить один простой танец так, чтобы не думать, куда ставить ноги и как не отдавить их кавалеру. Может, даже получишь удовольствие от танца. Если хочешь.
— Хочу, — тут же сказала я."
"Не знаю, смогу ли я научиться или, несмотря на все усилия Родерика, на посвящении простою весь вечер у стенки, но от такого повода встречаться несколько вечеров подряд я ни за что не откажусь.
Щеки налились краской — казалось, эти мои мысли были написаны у меня на лбу, и, чтобы скрыть их, я добавила:
— Все равно ведь когда-нибудь придется учиться.
— Придется или нет — решать тебе. — Родерик взял меня за руку и повлек по дорожке. — Если доучишься и получишь личное дворянство, лучше будет, если ты выйдешь в свет. Визиты и балы — это знакомства, от которых часто может зависеть карьера.
Ты ведь не захочешь всю жизнь провести в каком-нибудь провинциальном гарнизоне?
— Не знаю, я об этом не думала, — озадаченно произнесла я. — Но при чем тут карьера? Неужели должности дают тем, кто лучше танцует?
Родерик рассмеялся.
— Нет, конечно, хотя всякое бывает. Но представь себя на месте человека, которому нужно подобрать себе подчиненного. Есть два кандидата, примерно одинаково способные, с хорошими рекомендациями и так далее… Но одного ты видела пару раз и запомнила как человека, оттоптавшего тебе все ноги в танце, а второго хорошо знаешь как вежливого и галантного кавалера.
Выбор очевиден, правда?
Я задумалась.
— А если еще точнее — скорее всего я буду считать, что он бука и менее способен. Просто потому, что толком его не знаю. И рекомендации у него будут хуже просто потому, что он бука, правильно?
— Да. Это несправедливо — скажем, барон Вернон…
— Отец Бенедикта?
— Да.
