От холодного, неприветливого тона меня обдаёт морозом:
— Это не важно. Важно другое. Когда ты решила, что мой брат — именно тот, кто подарит тебе безбедное будущее?
Глава 3
Что-то внутри позорно вздрагивает.
Я очень по-разному представляла себе знакомство с братом Лаэма. И его возможную подозрительность, и возможное недовольство мной. Предполагала, что он может сегодня, после ужина сказать брату: “Ты уверен в этой девушке? Я не увидел в ней ничего особенного кроме цвета волос, и мы оба понимаем, что она тебе не пара”.
Даже эта мысль, если честно, царапала до боли.
Но сейчас я смотрю на высшего аристократа перед собой, и сердце медленно сжимается.
Он правда сказал то, что я услышала? С какой целью? Может, понял, что мы с Лаэмом сговорились? Это будет ужасно, но…
— О чём вы? — спрашиваю я слабо.
Траяр Шер встаёт. Неторопливо обходит стол. Надвигается прямо на меня. От его стройного тела веет силой и здоровьем, дорогой камзол слегка расходится на плечах, когда он упирает ладонь рядом со мной.
— Послушай, девочка.
Я понял, что ты соблазняешь моего брата. Магичка двадцати четырёх лет с хитрыми глазами? Ты не похожа на невинную деву. Можешь строить из себя что угодно, но я знаю таких, как ты.
Он за битый час не выдал ни одной фразы красноречивее в мой адрес. Меня обдаёт жаром от его близости, острый взгляд готов пригвоздить моё бренное тело к стулу. И только тогда сознание начинает принимать неприятную правду.
Что-то похожее я чувствовала, услышав о бедах отца. Отчаянное неверие, переходящее в боль.
Он только что назвал меня охотницей за состоянием. В лицо. Не стесняясь в выражениях!
На меня будто плеснули чем-то горячим и липким. Сладким чаем, который ещё не принесли.
— Простите. Мы вроде бы не переходили на “ты”?
— Смотрю, у тебя не хватает смелости прямо ответить на вопрос.
Воображаемый чай капает с моего подбородка, пропитывает ткань платья на груди — может, всё же недостаточно закрытого. Оставляет болезненные ожоги. Я хочу вскочить. Да, я знаю, что среди тех, кто выше тебя положением, сильнее и богаче, всегда найдутся снобы или просто желающие получить удовольствие за чужой счёт.
Но лично я редко имела с ними дело! Когда бывало — нас не связывали личные отношения, их злость и презрение не были направлены именно на меня.
А сейчас… весь прошлый час я не могла отделаться от мысли, что мужчина передо мной — ослепителен, даже если суров. Что в нём полно какого-то необъяснимого достоинства. И Лаэм наверняка отзывался о нём хорошо не зря.
