– Повысил степень её внушаемости, – ответила я. – Всего-то навсего. Небольшое воздействие на характер, никак не касающееся физического состояния. Но это воздействие позволило сработать всей остальной схеме. Внушить женщине, что она тяжело больна, стало легче лёгкого. А дальше, как я уже говорила, мозг стал работать сам, невольно давая подтверждение словам злоумышленников.
– И внушение можно было обновить в любой момент, – задумчиво кивнул Раймонд.
– Кое-кому в этом особняке пора как следует намылить шею, – мрачно проговорил Родриг.
– И для удобства её будет лучше предварительно отсоединить от головы.
– Только сначала надо как следует обдумать, как именно это обставить, – поспешила сказать я, видя, с какой силой его рука сжала рукоять меча.
– Обязательно надо это как-то обставлять? – поморщился виконт.
Впрочем, спрашивал он это так, для порядка, поскольку в действительности прекрасно понимал, что я права.
– Мы не можем врываться в особняк графини и распоряжаться там без её ведома и согласия, – отметил Раймонд.
– До тех пор, пока слуги действуют от её лица, пусть даже только формально, нанести удар по ним – значит ударить по ней. Она сама же потом нам этого не простит.
– Именно поэтому совершенно необходимо сначала поговорить с графиней и раскрыть ей глаза, – поддержала его я.
– И как вы предлагаете это сделать? – нахмурился Родриг. – В особняке её не оставляют ни на минуту, вы сами имели возможность в этом убедиться. Она постоянно находится под опекой. А если в доме посторонние, то тем более.
Даже во время осмотра лекарем её не оставляли с ним наедине.
– Просто вытолкать всех из комнаты? – с сомнением предложил Раймонд.
– Если позволите вмешаться, на мой взгляд, это плохая идея, – возразил Кале. – Такие действия испугают пациентку, и она точно не станет вас слушать.
– Значит, придётся заставить её выслушать."
"– Со слугами, всеми силами ломящимися в дверь, в качестве фона? – возразила я. – Как долго мы сможем держать осаду, одновременно ведя светский разговор?
– Уж если так, тогда идея отделения головы от шеи нравится мне больше, – признал виконт.
– Хорошо, а если поговорить с ней во время очередного мероприятия у маркиза? – предположила я.
Виконт помотал головой:
– Она однозначно сказала, что больше на эти празднества не приедет. По состоянию здоровья. Теперь-то можно предположить, в чём заключается подлинная причина и кто напел ей это на ухо.
– Прибегнуть к помощи шерифа? – выдвинул свой вариант Кале.
Я только фыркнула.
