Ясное звёздное небо с практически полной луной были отличным подспорьем когда мы скакали по степной дороге, а вот под сенью деревьев помощники из них так себе. Впрочем, грех жаловаться, кое-что сквозь листву всё же пробивается, а потому и нет кромешной тьмы.
Дорогу я помнил хорошо, и у меня получалось ориентироваться даже в ночную пору. Вот ручей, где на меня напал волколак. Воспоминания об этом заставили меня невольно осмотреться в поисках его останков. Однако, я сразу понял всю тщетность этого занятия. И зверьё тут вовсе ни при чём.
На месте экспедитора Тайной канцелярии я непременно озаботился бы захоронением останков. Чёрную рощу конечно обходят стороной, но мало ли, вдруг найдётся какой дурень, забредёт сюда и обнаружит останки, которые могут породить ненужные слухи…
Ещё по дороге в Воронеж я решил навестить капище в Чёрной роще. Ну вот нужно мне это, чтобы успеть как переаттестоваться. Ведь никакой уверенности в том, что для этого хватит доступных трёх мест Силы. Поэтому я решил навестить самый первый из известных мне карманов.
Как показывает практика, их просто используют, но не охраняют. До полнолуния остаётся всего-то три дня, а значит он практически полный и я могу его выдоить. А если этого не хватит, тогда ещё и до Волчьей пади доберусь.
Что же до Тайной канцелярии, то им останется только развести руками, и ждать следующего полнолуния. Они используют чужие наработки, строго следуя определённому алгоритму не понимая саму механику происходящего. Это как водитель, который виртуозно управляет автомобилем, но понятия не имеет, что ему делать в случае неисправности двигателя…
Само капище я нашёл ещё в прошлый раз.
Не удержался от любопытства, и свернул к нему, когда возвращался за лошадьми. Но тогда я не был инициирован, и не чувствовал Силу, а потому просто обнаружил полянку, с выложенными в круг здоровенными булыжниками. Так что, и в этот раз вышел на него достаточно точно. А ещё был сильно удивлён.
Для начала, радиус кармана составлял полторы сажени, как и в Волчьей пади.
Эти размеры соответствовали кругу выложенному камнями, и конструкту пробоя, а вот границы их не совпадали. Здесь, конструкт пусть и не был на самом краю, тем не менее его центр был значительно смещён в сторону. Вот как-то не сомневаюсь, что Седов вписывал плетения в каменный круг.
Но не это меня удивило, а то, что карман был в буквальном смысле переполнен. У меня появилось уже знакомое ощущение созревшего нарыва, готового вот-вот лопнуть и выплеснуть своё содержимое.
