– Пациента на стол, привязать покрепче поясами. И пусть посторонние покинут комнату.
– Пусть останутся, – прохрипел Торквиль. – Мне надо знать, что смотрят. Будет тогда мне стыдно кричать.
– Погодите-ка, – выпрямился Геральт. – Кто решил, что ампутация необходима?
– Я решил, – черный типчик тоже выпрямился, но чтобы взглянуть Геральту в лицо, ему все равно приходилось сильно запрокидывать голову. – Я – мессир Люппи, лейб-медик бейлифа из Горс Велена, специально сюда присланный. Обследование выявило, что рана заражена.
Ногу придется отрезать, иного спасения нет.
– И сколько берешь за процедуру?
– Двадцать крон.
– Держи тридцать. – Геральт высыпал из мешка три десятикроновки. – Собирай инструменты, пакуйся, возвращайся к бейлифу. Если он спросит, скажи, что пациенту стало лучше.
– Но… Я обязан опротестовать…
– Пакуйся и возвращайся. Какое из этих слов тебе не понятно? А ты, бабка, давай сюда. Раздвинь бинты.
– Он, – старушка указала на лейб-медика, – запретил мне к больному прикасаться.
Потому как я, стало быть, знахарка и ведьма. Грозился донести на меня.
– Не обращай на него внимания. Он уже уходит.
Бабка, в которой Геральт сразу распознал травницу, послушалась. Осторожно распустила повязку, хотя Торквиль все крутил головой, шипел и постанывал.
– Геральт… – прохрипел. – Что ты задумал? Медикус говорил, что спасения нету… Лучше я ногу потеряю, чем жизнь.
– Да хрен там. Ничего не лучше. А теперь заткнись.
Рана выглядела отвратительно. Но Геральт видывал и похуже.
"
"Вынул из сумы шкатулку с эликсирами. Мессир Люппи, уже собравшийся, присматривался, качал головой.
– Тут декокты не помогут, – объявил. – Не помогут лжемагия и знахарские фокусы. Шарлатанство, ничего более. Как медик, я должен возразить…
Геральт повернулся, глянул. Медик вышел. Поспешно. Споткнувшись на пороге.
– Четверо ко мне. – Геральт откупорил флакончик. – Придержите его. Стисни зубы, Франс.
Вылитый на рану эликсир сильно вспенился. Констебль душераздирающе застонал.
Геральт подождал миг-другой, вылил второй эликсир. Этот тоже пенился, но сперва шипел и дымился. Торквиль закричал, замотал головой, напрягся, закатил глаза и потерял сознание.
Старушка достала из узелка баклажку, выгребла оттуда пригоршню зеленой мази, толстым слоем намазала на кусок сложенного полотна, прикрыла рану.
– Живокост, – определил Геральт. – Состав из живокоста, арники и календулы. Хорошо, бабушка, очень хорошо.
![Обложка книги Избранные произведения. I том [компиляция]](/uploads/posts/images/6/izbrannye-proizvedeniia-i-tom-kompiliatsiia.jpg)
