"
"– И автора цитаты я снова угадаю, – оскалился Аддарио Бах. – Это Высогота из Корво, философ и этик. Но также и историк. Относительно же пророка Лебеды… Что ж, история, как и сказано, это история. Но слыхал я, что в Новиграде жрецы порой вынимают останки пророка из саркофага и позволяют верующим их лобызать. Окажись я там в оный момент, вот точно от лобызания бы воздержался.
– Воздержусь, – пообещал Геральт. – Что же касается Новиграда, коли мы о нем…
– Без нервов, – опередил его краснолюд. – Успеешь. Встанем с утра пораньше и доберемся до Ветренной.
Отыщем оказию – и прибудешь в Новиград вовремя.
Хорошо бы, подумалось ведьмаку. Хорошо бы.
Глава четырнадцатая
Люди и монстры – разноприродны, а лисы находятся где-то посредине. Пути мертвых и живых разнятся, а лисьи – пролегают между ними; божества и чудовища ступают разными тропами, лисы же ходят между божествами и чудовищами; тропы света и тьмы не соединяются и не пересекаются никогда – лисьи духи таятся где-то между ними; бессмертные и оборотни идут разными дорогами, а лисы – между ними.
Цзи Юнь, ученый времен династии ЦзиньНочью прошла гроза.
Выспавшись в сене под крышей сарая, они вышли на рассвете, в холодное, хотя и солнечное утро. Держась хорошо видной тропки, миновали лиственный лес, болотистые разливы и подмокшие луга. Через час бодрого марша добрались до сельца.
– Ветренная, – указал Аддарио Бах. – Пристань, о которой я говорил.
Они вышли к реке, повеял на них живительный ветерок. Ведьмак и краснолюд вместе поднялись на деревянный помост.
Река здесь разливалась широко, будто озеро, течение было почти незаметным, проходя где-то дальше. С берега над водой свисали ветви ив и ольх. Всюду плавали, перекрикиваясь на разные голоса, водные птицы: утки, чирки, шилохвости, гагары да чомги. Гармонично вписываясь в пейзаж и не распугивая все это пернатое шалапутство, по воде скользил кораблик. Одномачтовый, с большим парусом сзади и несколькими треугольными – спереди.
– А верно кто-то сказал, – вздохнул Аддарио Бах, всматриваясь в сие явление.
– Есть три самых прекрасных зрелища на свете. Корабль под полными парусами, конь в галопе и эта… ну… голая женщина в постели.
– Женщина в танце, – чуть улыбнулся ведьмак. – В танце, Аддарио.
– Пусть будет голая и в танце, – кивнул краснолюд. – А та лодочка, ха, признайся – недурно смотрится на воде.
– Это не лодочка, а кораблик.
– Это шлюп, – поправил, подходя, полный милсдарь в лосиной куртке. – Шлюп, господа. Что легко понять по оснастке.