Ну, ничего себе у них тут расценки! Да это половина моей месячной зарплаты в клинике Габора! А это, между прочим, считалось очень даже приличным заработком!
- Насколько понимаю, этим не ограничится, - невесело усмехнулась. - И если пройду экзамен, с меня еще что-нибудь потребуют.
- Ну, это как водится! - тоже усмехнулся чиновник. - Пятьдесят айнов за выдачу жетона, а также регулярный годовой взнос в размере ста айнов. Еще и процент от доходов.
Натуральный грабеж! Идея стать наемницей казалась все менее удачной.
Останавливало от того, чтобы немедленно убраться отсюда, только то, что уже потратилась на оружие и одежду. Буду надеяться, что оплата труда наемника окажется достаточной, чтобы покрыть такие траты!
Хотела расспросить чиновника еще и об этом - сколько обычно платят людям этой профессии - но он уже притормозил перед дверью с золоченой надписью: «Гильдия наемников. Регистратура».
- Пришли, - сообщил мой провожатый очевидное и умчался так быстро, что я и моргнуть не успела.
Чертыхнувшись, набрала в грудь побольше воздуха и постучала в дверь. Услышала невнятный возглас изнутри и приняла это за приглашение войти.
Сидящий за столом чиновник на наемника совершенно не походил. Скорее, на канцелярскую крысу. Тощий, невзрачный, мелкий. Даже ростом не намного выше меня. Но я тут же подумала о том, что на таком посту светить мускулами необязательно. Наверняка работа скучнейшая. Заполнять документы и выманивать у всяких дурачков деньги.
С этим и хлюпик справится!
Мужчина что-то быстро писал в лежащем перед ним гроссбухе и не обращал на меня ровно никакого внимания.
Я кашлянула, поздоровалась и прошла вглубь помещения. На меня взглянули без особого интереса, потом опять погрузились в свое занятие. Между прочим, даже на приветствие не ответил, чурбан невоспитанный!
Решив, что и мне нечего с ним церемониться, уселась на стул, очевидно, предназначенный для посетителей, и начала осматривать комнату.
М-да, пустовато тут... Помимо громоздкого шкафа, сейфа, стола и нескольких стульев, тут ничего и не было. Правда, заметила дверь в смежную комнату, но оставалось догадываться, что за ней находится. Может, архив какой-то.
Наконец, чиновник дописал что-то и поднял на меня воспаленные глаза.
- Слушаю вас, - сказано было так, словно мне делали огромное одолжение.
Будто бы я заставляла его выполнять не свою работу, а взваливала собственную.
