Подкатил Даня, с шиком развернулся, помахал им рукой и прокричал:
– Я еще один кружок, ладно? Всего один!
– Валяй, историк!
Настя проводила его глазами – ну, невозможно оторваться! Солнце светит, ветерок овевает. Такая красота.
– А где ее найти, эту Милу?..
– Да чего ее искать? Она завтра с утра у меня на съемках.
– Как?! Ты что, и кино снимаешь?!
– Спокойно, маркизы, спокойно! – и Аллилуев выставил руку ладонью вперед. – Без ажитации. Снимаю я пару серий в одном «мыле», подменяю штатного режиссера, у него благородная болезнь – то ли запой, то ли подагра, то ли он в Чухлому уехал.
Милка там тоже подрабатывает. Все как могут, так и подрабатывают, нас в «Форбесе» вряд ли пропечатают. Рифма.
– Что ты привязался к этому «Форбесу»?!
– Да это не я привязался-то.
– А они давно дружат, Мила с Дольчиковой?
– Так они учились вместе. Только Светке подфартило, она на четвертом, что ли, курсе уже сниматься начала, а Милка сидела-сидела, и ничего. Ни кино, ни театра, никуда не берут, не зовут.
И стала то вторым режиссером, то «хлопушкой» на съемки ездить. Она молодец, не сдалась. Сколько вашего брата, то есть молодых актрис, совсем впустую пропадает! То есть вашей сестры.
– Почему пропадает? – заинтересовалась Джессика.
– А потому что нас, талантливых, дофигища, а работы мало. Совсем мало. Теперь в кино самая востребованная профессия – сценарист! Хороший сценарист на вес золота. Прям вот на одну чашу весов кладут сценариста, а на другую золото сыплют, точняк по его весу.
– Что, правда?! – округлила глаза Джессика.
– Моя мать сценарист, – сквозь зубы сказала Настя. – И никакого золота нету.
– Ух ты! А как ее фамилия?
– Морозова Антонина.
Аллилуев в первый раз за весь разговор посмотрел на Настю с серьезным интересом.
– Морозова – известная личность, – сказал он уважительно. – Пишет не очень много, зато отлично просто!.. С ней только большие каналы работают. Слушай, – вдруг скроив просительное лицо, он взял Настю за молнию толстовки.
– Познакомь нас, а?.. У меня есть одна идея, только сам я никогда не напишу! И вообще, у меня имени никакого нет, Морозова даже слушать не станет! А тут ты – бац! Это мой друг, молодой, одаренный режиссер, и она выслушает! А? Познакомь!
Настя пожала плечами и пробормотала:
– Да пожалуйста. Приезжай к нам, я тебе адрес дам и телефон…
Ей очень хотелось расспросить Аллилуева о «хорошем сценаристе», собственной матери.
