Вместо того, чтобы немедленно решить проблему, он придумал чёрт знает что – организовал гарем и куриные бои за возможность самой хитрой участнице в итоге отхватить золотой билет в счастливую, беззаботную жизнь.
Да кому это надо? Конечно ему, а не ребёнку. Ребёнок – всего лишь инструмент для того, чтобы популярность себе поднять. Благодаря этому шоу, о нём теперь будут все говорить. Как же это подло со стороны миллиардера!
Мой взгляд случайно зацепился за разбросанные на полу фломастеры. Со вздохом я опустилась вниз, присев на корточки, чтобы их собрать.
Заглянув за стол, охнула, увидев, что он весь разрисован яркими человечками.
– Это ты нарисовала?
– Да! – счастливо выдала куколка. – Это папочка! А это мама. Моя мама потерялась, мы её ищем. А вы случайно её видели?
Кроха повернулась и ее личико внезапно теплом озарилось. Она начала смотреть на меня странно, а потом на её губах заиграла широкая, счастливая улыбка.
– Мамочка?
Я недоумённо хлопнула ресницами.
– Эээ…
– Вы моя мама?
– Не думаю.
– Качаю головой.
– Но я на вас похожа!
– Да, так бывает. Совпадение.
И правда я похожа чем-то на малышку. У нас одинаковый цвет глаз, волосы, овал лица. Только её личико миниатюрней. Как ни странно, у нас даже кофточки одинаковые – лонгсливы с горлом оранжевого цвета. Только поверх моего ещё и серая униформа наброшена, а у девочки – пышная белая пачка из фатина.
– Руки прочь от девочки, грязная оборванка!
Со спины кто-то резко набросился на меня, грубо оттащив в сторону.
– Что ты с ней сделать хотела?! Украсть? Продать?
– Прекратите! Отпустите меня, что происходит?
Два здоровенных бугая в форме охранников держали меня за руки, словно особо опасного преступника, и быстро выволокли в коридор.
Дыхание перехватило, мы чуть не столкнулись с ним… гордой поступью идущим в нашу сторону."
"Ханс Леманн собственной персоной.
На нём безупречно сидит дорогой костюм цвета тёмного шоколада, на ногах сверкают ботинки из кожи, надраенной до зеркального блеска. Выгляди от на миллион.
Если не больше.
– Вышвырнуть эту поломойку?
– Да, уберите, – буркнул немец, даже не глянув на меня, куда-то слишком спешил, погрузившись в бумаги. – Здесь телевидение, а у нас чучело по компании разгуливает, это может отразится на репутации.
– Чучело… – с грустью промолвила я. – Да как вы смеете…
– Ты слышала?
– Пусть пока посидит в подсобке, – устало пролепетал он, потирая переносицу, по-прежнему не глядя на меня. Видимо, слишком много чести.
