Игнат идёт первым, я за ним. В лифте к машине спускаемся в полном молчании…
Глава 28
Может плюнуть на всё?
Простить и забыть…
Дать шанс!
Что, если Игнат действительно сдуру, по пьяни оказался в постели с Инессой? Что, если он не врёт, он действительно перепутал её со мной?
Он же раскаивается…
Несколько месяцев ходит за мной хвостом, усердно добиваясь.
Может я слишком накручиваю, утрирую? Пора успокоиться и рискнуть.
Но ситуация кажется катастрофически сложной, запутанной, просто безвыходной…
Сижу на кровати, сжимая в руках связку ключей, погрузившись в раздумья.
Нужно сделать выбор! Я мечусь из одной крайности в другую, так и не могу определиться. Не могу понять, где правда, а где ложь? И боюсь! Ошибиться, вновь пройти через ад.
Выдыхаю.
Несколько раз.
Растираю виски.
Голова только сильней разболелась, придётся всё-таки выпить таблетку.
Игнат привёз нас с сыночком домой в мамину квартиру, уехал, рискнув сделать шаг ко мне и поцеловать в щеку.
Он осторожно коснулся губами моей щеки.
Прижался секундно, а для меня это был как удар молнии.
Развернулся. Ушёл.
Меня колотило минут пятнадцать точно, на коже ощущались его горячие, пылкие губы…
Поднимаюсь с кровати, подхожу к комоду, открыв верхний ящик, кладу туда ключи. Всё-таки возьму таймаут на пару дней. Надо отбросить все мысли прочь, не грузить себя понапрасну, решение придёт само собой.
Успокоив себя хоть немного, отправляюсь к Кирюше, он уже должен проснуться. О квартире никому не говорю, хотя к вечеру дома становится шумно – приходит мама с прогулки и сестра после вечерней подработки в кафе.
– Привет мама, Арина!
Мама улыбается, чмокая сначала Кириллу в носик, затем меня, расспрашивает, как мы день провели, что врачи сказали? Отвечаю дословно, разве что упускаю момент с поездкой в новую квартиру.
Я советовалась с подругами по поводу моих проблем. Кто говорил, чтобы ни в коем случае не брала подачки и даже на километр к сыну не подпускала, а кто-то, наоборот, предлагал дать второй шанс, если мужчина до такой степени чувствует вину, что места себе не находит, и раскаивается.
Опять я оказываюсь на распутье – хоть к гадалке ходи.
– Арин, привет, – решаю узнать, как у сестры дела. – С работы?
Поведение Аринки радует, кстати. Она устроилась официанткой в кафе, на подработку, хоть начала носить блузки и юбки, став похожей на человека, на девушку, а не на вокзальную шушеру.
Неужели наши беседы дают результат? Возможно, имеют накопительное действие.
