Зачем? В чем твоя выгода?
— Выгода? — переспросил Хельмер. — не забывай, Хаджар, ты и так обязан выполнить одну мою просьбу, — Хаджар помнил уговор, который они заключили в Грэвэн’Доре, обители Ана’Бри. — так что мне от тебя ничего не нужно.
— Тогда — зачем?
Хельмер вздохнул и ненадолго закрыл один свой глаз.
— Я не святой, Хаджар. Далеко не святой. И большая часть историй, которыми пугают детей от моего имени — истина. Некоторые даже преуменьшение, но… у меня свой путь. Своя честь.
И я следую ей. Но то, что сделал Дергер… если бы он убил твои родных, я бы тебе даже не намекнул на его вмешательство. Но заставить человека, дав ему надежду, отнять жизнь у самого ценного собственными руками, чтобы просто посмотреть, как тот будет дергаться приколотой булавкой бабочкой… это бесчестно. И это не достойно ни бога, ни демона. Это слишком… человечно. Так что веришь или нет, но я сейчас поступаю так, как поступаю лишь потому, что мне так велит честь, — и Хаджар, почему-то, верил.
— С куда большим удовольствием я бы сейчас купался в ванной из крови девственниц… с парой этих самых девственниц.
И в это Хаджар тоже верил.
— Значит…
— Значит, — в который раз перебил Хельмер. — то, что ты сейчас меня не слушаешь, можно списать на легкий шок. Повторю еще раз — все, в этом мире, существует за счет равновесия и баланса. Цветок Ледяной Скорби — олицетворения льда. И, значит, разрушить его чары можно не только убив того, кто их использовал, но еще и…
— Цветком, чей стебель, выращен из дыма и пепла тысячи тысяч расплавленных клинков, а бутон из пламени, пылавшего с начала эпох в кузнечном горне, — прошептал Хаджар.
Он вспомнил. Вспомнил произошедшее так много лет назад. И лишь надеялся, что еще не поздно. — Отправь меня в мир Духов. В рощу Теанта.
И вновь кровожадная улыбка.
— Торопись, Хаджар, — и Хельмер взмахнул кровавой сферой.
Глава 1200
Здесь все выглядело так же, как и запомнил Хаджар.
Будто не прошло тех десятилетий, что минуло с тех пор, как сюда спустился человек, несущий с собой огненный цветок.
Хаджар даже увидел собственные следы, которые вели в глубь темнолесья приграничья Тир-на-Ног, прекрасного города, где никто не стареет, где веселью нет конца, где самые прекрасные из юношей и девушек пью лучшее вино из бокалов, что наполняют сами себя.
И два трона стоят в двух частях города.