В перьях, с костяной короной из зубов и клыков, с черной кожей, красными, от крови, белками и татуировками красных цветов.
— Король Дузанбара пал, мой повелитель, — молодой солдат ударил кулаком о грудь. — его воины повсеместно сдаются. Еще несколько часов и битва будет закончена.
Всадники, вокруг Последнего Короля, начали что-то воодушевленно обсуждать и в их общем гвалте голосов, заглушаемом симфонией войны, сложно было разобрать хоть слово.
Эрхард из прошлого поднял руку и те тут же смолкли.
— Семья короля находится в нашем плену, так?
— Да, мой повелитель.
Еще на втором часу битвы наши отряды смогли пробраться в тыл и, понеся тяжелые потери, выкрали его дочь и сына. Что же до жены — она пала в бою, защищая наследников трона.
Эрхард из прошлого кивнул.
Эрхард из дня сегодняшнего отвернулся.
— Казнить их немедленно.
— Но, мой повелитель, они отреклись от престола и…
— Не важно, — перебил Эрхард. — для джунглей Дузанбара истинными наследниками трона всегда будут дети Даэ’Джакки, а не я.
Казнить их. А головы, вместе с головой Джакки — вывесить на копьях. Все раненных Дузанбара — убить. Убитых — сжечь. К завтрашнему рассвету здесь не должно остаться ни одного воина джунглей.
Хаджар переводил взгляд с одного Последнего Короля, на… другого. И это было словно два разных человека.
— Ты…"
"— Я бы повторил это снова, — решительно ответил на незаданный вопрос Белый Клык. Так его было проще отличить от Последнего Короля. — правитель, Хаджар, не принадлежит самому себе.
И в мире сильных, ты должен быть не только сильнейшим, но и самым свирепым и жестоким. Чтобы одна мысль о том, чтобы перечить тебе, чтобы попытаться свергнуть твою власть, вселяла животный ужас в сердца помысливших.
Хаджар окинул взглядом поле брани. Бескрайние просторы саванны — сколько же людей здесь падет? Сколько человеческого пепла усеит почву, чтобы дать восход…джунглям.
Джунглям Карнака, в которых побывал Хаджар.
Вот, что выросло на месте, где Последний Король добился своего триумфа.
Непроходимые заросли, которых вскормила плоть павших, сражаясь за них же, чернокожих воинов.
— Зачем ты мне это показываешь?
— Затем, что, как и ты пытаешься избежать своей судьбы, так же это пытался сделать и я, — Белый Клык, все же, подошел к себе прошлому. На какой-то миг могло даже показаться, что их взгляды встретились, но это было не так. Хаджар лишь присутствовал в чужом воспоминании, как это когда-то было с Травесом.