— Никогда бы не подумал, что в доспехах Черного Генерала прячется поэт.
Он посмотрел на Борея, пришедшего к нему держать слово, а затем отвернулся и обратил взор на рассвет.
Он промолчал. Не стал ни спорить, ни убеждать в чем-то своего дядюшку. Какой в этом смысл. Время слов прошло. Наступало время крови.
— Зачем, генерал, к чему все эти разрушения, вся эта боль и гнев, разве не лучше просто сидеть и наслаждаться рассветом?
— Рассветом… — повторил генерал и снова прикрыл глаза, наслаждаясь робким теплом застенчивого утра.
— Ты знаешь, старик, когда-то давно, когда я стоял посреди мертвой земли, а мои сухие ветви изнывали под зноем, я видел сны.
— И о чем были эти сны
— Не знаю, — так и не открыв глаз ответил он. — но хочу узнать.
— И ты думаешь, что тебе откроется истина, если ты уничтожишь этот мир?
— Не знаю, — повторил генерал. — но, если подумать, то когда твоя явь — это сон, то может быть сны, что ты видишь — стоны яви, зовущей тебя на помощь?
Борей засмеялся и от его смеха на западе вспенились темные тучи, и веселая летняя гроза засверкала подмигивающими вспышками молний.
— Я говорю со своим племянником, прославленным воином, запечатавшим Врата Грани или с мудрецом Ляо Фенем⁈
Они замолчали на какое-то время, а Ирмарил продолжал свой путь по небосводу, одаривая светом все новые и новые дали.
— Ты думаешь, что та явь, что таится за этим сном, окажется лучше?
— Не знаю, — в третий раз повторил Черный Генерал. — Но…
— Но иногда, — перебил Борей.
— Сладкая ложь лучше горькой правды, племянник.
Он посмотрел на старика, а затем повернулся обратно.
— Ты никогда не хотел узнать, что там, — кивнул он в сторону горизонта. — за границей всего сущего? Под покровом всех этих иллюзий.
— То, что ты называешь иллюзией, для бесчисленных душ, которые ты собираешься погубить, и есть реальность.
— Такая же, как для куклы — её сцена, на потеху гогочущим зрителям.
Борей вздохнул и качнулись верхушки лесов, и задрожали ледяные шапки гор.
— Я не могу поддержать тебя, племянник. Только не в войне против всего мира.
— Даже после того, как я рассказал тебе что видел за Вратами?
— Даже после этого, — подтвердил Борей.
— Ты не веришь моим словам?
— Я верю в то, что Черный Генерал честный и доблестный воин и он бы не стал осквернять свое имя словами лжи и неправды.
— Тогда почему?
Борей направил взор лазурных глаз, внутри которых таилось целое небо, в ту же сторону, что и генерал.
