Как и всегда — демону нельзя было верить и все, что он говорил, действительно являлось, пусть и правдой, но откровенной ложью, ибо если не уточнять детали, то мысль, ненароком, уходила в какие-то уж совсем далекие от изначальной правды дали.
— Смертный, — вдруг окликнули Хаджара сзади.
Он остановился и повернулся к Харлиму. Тот встал посреди перекрестка. На западе высились шпили одного из пышных дворцов, на востоке сияли купола какого-то совсем другого здания, а дальше на юге — врата последней стены, хотя куда более справедливым для неё названием стало бы «рукотворная гора».
Она поднималась так высоко, что терялась парапетами в облаках, её бойницы выглядели отвесными скалами, а ширина основания по отношению к сужающейся вершине, действительно напоминала горный склон.
И, даже если бы сюда поставили все армии человеческих Империй Белого Дракона, вместе со всеми их небесными флотилиями и артефактами, прибавив к ним чудовищные пушки подгорных мастеров из Чужих Земель, то, может быть, за пару лет непрерывного огня, они и смогли бы выбить в этой стене небольшой углубление, но явно — не больше.
— Здесь мы остановимся, — прогудел старик.
Хаджар вздохнул и потянулся к рукояти Синего Клинка, но Харлим его вовремя одернул.
— Глава дома, мудрейший из мудрейших, до восславится его имя через Вечность, согласился предоставить тебе аудиенцию, но стопы презренного смертного не достойн…
— Давай ближе к делу, — едва ли не взмолился Хаджар. — у меня, в отличии от некоторых, вечности в запасе, чтобы тратить её на пустые разговоры, нет.
Старик едва ли не вспыхнул, но сдержал порыв и молча указал рукой восток."
"— Мы проведем аудиенцию там, — прошипел Харлим, имея ввиду купола стоявшего в отдалении здания. — И по результатам е молись своим богам и всему тому, что имеет для тебя значение, смертный, ибо гнев главы дома, да будет его…
— Ага, — отмахнулся Хаджар и направился по дороге в указанном направлении. — Вечерние Звезды, а они бы нашли с Албадуртом много общего…
Хельмер едва слышно прыснул от смеха.
Какое-то время они шли в тишине, а Хаджар смотрел глазами ветра за происходящим вокруг. В целом, жизнь второго региона страны бессмертных, если ни принимать в расчет разницу в архитектурной помпезности, мало чем отличалась от жизни третьего региона. Разве что здесь, пусть и с трудом, можно было отыскать нечто напоминающее секты с тренировочными плацами и страждущими подняться по лестнице развития.
