Миша уехал. Трогаю пальцы, что он сжимал в своей руке, и закрываю глаза. Это просто привычка за семь лет…
Это не сожаление.
* * *— Ну что, тебя можно поздравить?
— Можно, Свет.
Мы с подругой сидим в небольшом уютном кафе, недалеко от ее офиса, и пьем чай. Мне шампанское, как беременной женщине, противопоказано, ну а Светка просто проявляет солидарность. Поэтому только зеленый чай и паста.
О моем разводе она узнала сразу, но, так как улетала в отпуск, пересечься мы смогли лишь сегодня. Спустя две недели моей жизни без мужа.
— Как Марк воспринял?
— Думаю, он так до сих пор ничего до конца и не понял. С развода не так много времени прошло, но Миша пока по вечерам приезжает, спать его укладывает, а утром якобы на работе… Марк его каждый день видит, поэтому вопросов не задает. Ссылаемся на то, что папа работает.
— Рассказать все равно придется…
— Что мы больше не живем вместе? Понимаю. Но, честно, Свет, не могу. Марк так восхищается Мишей, так его любит, что у меня язык не поворачивается. Он же точно меня возненавидит.
Точно решит, что это я его любимого папочку выгнала. Хотя… Я и выгнала. По факту же, — закатываю глаза.
— Ну туда ему и дорога была, в общем-то.
Вздрагиваю на словах подруги. Киваю сразу же, но вот где-то глубоко внутри чувствую, что сопротивляюсь.
— Сложно все это, — продолжает Светка, — а когда ребенок есть, вдвойне сложнее. Мой развод был попроще. Детей нет, а все хорошее Илья просто по щелчку пальца стер. Так что я лишь отдаленно могу представить, что ты сейчас чувствуешь.
— Знаешь, несмотря вот на все эти трудности с Марком и беременностью, я чувствую легкость. Мне дышать хочется и улыбаться. Я будто впервые за последние годы живу по-настоящему. Ничего над головой угрожающе не висит. Просыпаюсь утром и не верю, что я теперь сама себе принадлежу.
Это чистая правда. Несмотря на то, что меня штормит и я даже, ужас какой, вспоминаю Мишу, мне действительно легко сейчас.
Света понимающе кивает, а потом вздыхает. Облизывает губы и смотрит мне в глаза.
— Ты всегда могла со мной поделиться, Дашка.
Я в ужасе от того, что тебе пришлось пережить. А отец твой, я его реально таким хорошим человеком считала. Завидовала, что у тебя семья такая. Дружная, хорошая. И Миша… Это все какой-то сплошной кошмар.
— Мне было страшно кому-то рассказать. Даже тебе.
— Я понимаю. Теперь все точно будет хорошо. Отец твой как воспринял?
— Мы не общались, но мама говорит, что он там Князева матами сутки напролет кроет. Миша же объединился с Шумаковым.
