Что же за свиток тебе такой попался – дашь почитать, когда закончишь?
– М-м… – Не зная, что ответить, Луна смущённо переминалась с лапы на лапу. – Переберусь-ка я, пожалуй, пораньше в историческую пещеру.
– Зачем?"
"– Ну… старые карты посмотрю, – выдала она первое попавшееся объяснение, и тут же поняла, что идея неплохая. А вдруг удастся что-то узнать о старом Ночном королевстве?
Кинкажу поморщилась, становясь бледно-оранжевой.
– Лично я в эту тёмную дыру по собственной воле не полезу! На урок другое дело, а сама – ни за что!
«Сомневаюсь, что карты помогут», – хмыкнул Мракокрад в голове, когда Луна вышла в главный зал и направилась к нужному коридору.
«Я знаю, – ответила она. – Их умеют составлять только ночные, рисуют уже сотни лет и не стали бы никому выдавать секретные места, что старые, что новые. И всё-таки, мало ли какой след найдётся…
«Ну, раз хотя бы ищешь, не всё ещё потеряно для меня», – глухо проворчал он.
«Я не то чтобы… – начала она и вдруг запнулась, ослеплённая на миг яркой вспышкой в мозгу.
Остановилась посреди коридора, поморгала. В висках тяжело стучало, по чешуе пробежала дрожь. – Мракокрад, это ты делаешь?»
«Нет, не я… Осторожно! Не…»
Боль пронзила всё тело, в глаза словно вонзились острые когти. Схватившись за голову, Луна осела на пол.
Это видение!
Ревущее пламя охватывает стены исторического зала, жадно пожирает карты и свитки, перекидывается на учеников, превращая их в живые факелы. Шипит обугленная чешуя, отчаянные вопли переходят в предсмертный хрип. Бьётся в огне белая от ужаса Кинкажу.
Другие драконята едва видны в клубах чёрного дыма – Вихрь, Холод, Карапакс – все охвачены пламенем.
Все умирают. Все!
Глава 13
«Луна! Луна! – Гремело в голове, заставляя очнуться. – Луна, это не на самом деле, всё в порядке!»
Она с трудом поднялась на лапы, цепляясь за неровную каменную стену. Сердце колотилось, к горлу подступил комок.
«Что значит, всё в порядке?»
«Это только может случиться, но не обязательно, – объяснил Мракокрад. – Не ходи туда, и…»
Видение вдруг вернулось, став ещё страшнее.
На этот раз она смотрела снаружи.
Из пещеры вырываются огненные языки, настигая бегущих.
Кинкажу спотыкается и падает, обгорелые почерневшие крылья ломаются с хрустом. В сплошном дыму за её спиной слышен жалобный вой умирающей Сердолики. Тамарин с Охром лежат на пороге, хрипя и задыхаясь.
«Луна! Луна! – Голос снова выдернул её из кошмара. – Закрой глаза, я перенесу твой разум подальше отсюда…»
– Нет! – выкрикнула она вслух.
