Поэтому я замазываю темные круги, и чтобы уж совсем не выглядеть бледной поганкой, наношу на губы немного розового блеска.
Беру сумочку и выхожу из дома. Готовлюсь идти к остановке, чтобы на автобусе добраться до обговоренного места, чуть не спотыкаюсь, когда вижу, что во дворе припаркован уже знакомый седан.
При виде меня водитель слегка моргает фарами и мне требуется лишь мгновение, чтобы собраться и рассудить, что, в принципе, такое решение проблемы оптимальное.
Ковылять до остановки, ехать с пересадкой и все равно опоздать, или ехать с комфортом на машине.
Ясно, какой из этих вариантов предпочтительнее.
– Добрый вечер, простите, я не знала, что вы приедете за мной…
Заговариваю с водителем, чтобы скрыть неловкость. Все тот же собранный мужчина с ничего не выражающим лицом бросает короткий взгляд в зеркало заднего вида и спокойно проясняет:
– Виталий Петрович распорядился.
Говорит как само собой разумеющееся и выруливает, въезжает в поток автомобилей, а я кусаю губу.
Смотрю на бритый затылок молчаливого водителя и хочется поговорить, чтобы хоть как-то свою нервозность скрыть, услышать голос человека и понадеяться, что все будет хорошо…
Но я одергиваю себя и заставляю не думать о своих проблемах, которые огромной грозовой тучей сгущаются над моей головой, и мне кажется, что в отдалении я раскаты грома слышу и молнии сверкают так же рьяно.
Спустя мгновение понимаю, что мне не кажется. На улице зарядил дождь. Сильный. Похожий на самую настоящую бурю.
Погода будто с ума сходит и мне хочется плакать вместе с ней, чтобы выпустить из себя всю боль, все чувства, все вообще…
Хочется не думать. Скрыться в своем мирке, где все хорошо, где папа здоров и все у меня еще впереди, где есть место надеждам на счастливое будущее, на встречу с парнем, которого полюблю…
Но передо мной лишь выбор. Выбор, который такой тяжелый, что я предпочитаю не думать о том, что именно мне предстоит.
– Вот это погодка, – слышу бурчание водителя.
Надо же, я и забыла, что он не киборг, а живой человек, способный выказывать недовольство.
– Я приторможу. Переждем, а то еще в аварию вмажемся. Ни черта не вижу."
"Водитель поражает меня обилием слов. Я уж думала, что он только односложно способен выражаться.
– Да-да, конечно… – отвечаю, как будто от меня может что-то зависеть, ведь решение уже приято, и машина остановилась у обочины.
Молчание вновь наполняет салон и мне все более непривычно становится. Кусаю губы.
