– Нужна операция, – отвечаю тихонечко и старушка – соседка по лестничной площадке, ловит меня за локоть.
– Пойдем, милая, зайдем ко мне, чаем тебя напою, составишь нам с Марсиком компанию.
Я настолько разбита, что просто позволяю женщине затянуть меня в квартиру. Перед ногами сразу же стрелой проскальзывает огромный черный кот с распушенным хвостом.
– Ты иди… иди умойся, руки помой, а я нам чаек поставлю…
Женщина толкает меня в спину в сторону уборной, и я пользуюсь ванной комнатой, быстро умываюсь, выхожу и иду в сторону гостиной.
В квартире приятно пахнет, все опрятно, разве что какие-то странные штуки на стенах висят. У моей школьной подружки было нечто подобное. Кажется, называется «ловцом снов».
Как раз замечаю, как Анастасия Николаевна чашки с чаем ставит и варенье в пиалу накладывает.
– Подходи, Лера, садись, – машет в сторону небольшого кресла, и я смиренно иду к нему, сажусь и понимаю, что опустилась на что-то слишком мягкое, подпрыгиваю и понимаю, что черный кот спрыгивает с насиженного места и быстро бежит в сторону.
– Простите, не заметила, – теряюсь, обращаю взгляд в сторону бабушки, но женщина лишь кивает мне, чтобы села.
– Ну что врачи говорят? – расспрашивает меня и я рассказываю и про операцию, и про деньги, которые негде взять.
Скромная одинокая старушка, живущая на одну мизерную пенсию, сочувствует, но, разумеется, как и все, ничем мне помочь не в состоянии.
– Ничего, Лерочка, образуется все.
Нужно надеяться, – говорит многозначительно, а затем вдруг улыбается мне. – А хочешь, я тебе погадаю? У меня в роду были ведьмы, знаешь?
Не могу понять, шутит ли Анастасия Николаевна или просто возраст у нее соответствующий, когда путаешь реальность и выдумку, поэтому я лишь пожимаю плечами неопределенно, а женщина вдруг забирает мою чашку с допитым чаем и на чаинки смотрит, которые прилипли ко дну и стенкам, а затем на меня взгляд поднимает какой-то тревожный, удивленный…
– Надо же…
Выдыхает старушка и продолжает чашкой из стороны в сторону водить, будто пытается что-то разглядеть, и брови седые на переносице смыкаются.
– Давненько я такого не видела…
Бурчит опять себе под нос, и я не выдерживаю, подаюсь вперед и, несмотря на весь свой скепсис, спрашиваю:
– Что там, Анастасия Николаевна?
Бабуля прикусывает губу, смотрит в чашку с умным видом и глаза прищуривает.
