По расписанию у нас первой была магическая история — предмет в принципе интересный, но абсолютно для меня бесполезный. Какое мне дело до того, что происходило хрен знает сколько лет назад? Мне даже то, что происходит сейчас, не особо интересно, а уж…
— Привет, — Ромиэль, похоже, успела первой и бесцеремонно плюхнулась рядом, выгнувшись так, чтобы форма максимально натянулась на груди. Ее крылья были в данный момент нематериальными, а то фиг бы она поместилась.
Не успел я ее вежливо посла… поприветствовать, как тут же нарисовалась Марго.
А вот ее лицо было злым. Из-за меня, что ли? Приятно.
— Это мое место! — зашипела она на ангела.
— Не вижу твоего имени на сиденье. Поищи его в других местах, а нам с Ямирчиком и вдвоем тут хорошо.
— Мне плохо, — успел вставить я свои пять копеек, но им уже было пофиг. Пока они усердно меня делили, я вставил наушники в уши и врубил тяжелый оркский рок, от которого у некоторых смертных из ушей кровь течет:
Ничего на свете лучше нету,
Чем зажарить эльфа как котлету,
Дух, уйдет, наверх к их богу в гости,
Псы сожрут оставшиеся кости….
Толчок локтем в бок вырвал меня из нирваны, в которую я улетел, забыв про урок. Оказывается, преподаватель уже давно пришел и что-то там вещал. Что? Неинтересно. И какого хрена тогда?
— Ты начал напевать песню вслух, -зашипела Ромиэль.
— Да? И не заметил. Хорошо пошла. И что тут у нас?
— Становление родов в эпоху смуты.
— Ох, старая избирая тема, как Российская империя, сохранившая больше всего магов после войны с Пожирателями, стала потихоньку нагибать всех, пока не нагнула, превратив остальные народы в своих подданных, прекратив таким образом распри и положив конец начавшемуся голоду и беспределу.
Как они еще тогдашнего императора Павла Второго в лик святых не возвели?
— Балбес ты. Этот император водил дружбу с богами и правителями ангелов и демонов.
— Ну да, за этих я помню. Но где они, и где вы? Те были магическими созданиями, все время воевавшими друг с другом, а вы из плоти и крови. Жрете, бухаете, плодитесь и размножаетесь.
То есть, стали такими же, как все, а нос по-прежнему задран.
— Нас мир изменил…
— Ну да. Это не мы такие, а жизнь такая.
— Господа и дамы, я вам не мешаю? –раздался голос преподавателя вполне себе человеческой наружности и с благородной сединой на висках.
— Нет, можете продолжать, — милостиво разрешил я.
— Да что вы себе позволяете⁈ — взорвался он, а после разглядел меня и сразу успокоился. — Ах, это Нагибин. Чего и следовало ожидать. Продолжим.
